Тукаев, сев в авто, запустил двигатель и пока ждал, когда он прогреется, набрал комбинацию цифр и сумму списания с банковского счета. Завершить одни отношения, чтобы начать другие, считал обязательным пунктом. Побывав у бывшей любовницы, еще раз убедился, что даже похотью к ней остыл, не говоря об эмоциональной привязанности.
- И чем же ты так запала мне в душу бегущая от мужа?! – спросил себя. – Неужели я увлекся изменницей?
Архип не понимал себя. Испытывая стойкое недоверие к женскому полу после развода, вдруг ощутил в себе потребность быть кому-то нужным не только из-за финансового положения или как самец, а как человек.
Тукаев решил, что должен разыскать Есению с ее маленькой Верой и реабилитироваться. Начать с нуля. Извиниться за вульгарное предложение, попробовать поухаживать. Вдохновленный идеей, взял старт с места, выбивая шипами шин промерзшую землю со льдом и прибавляя скорость, попутно набирал номер своего водителя.
- Я к вашим услугам, Архип Алексеевич, - торопливо ответил Сергей, быстро глотая пищу.
- Расслабься, сегодня ты не понадобишься. Скажи, Сережа, ты запомнил адрес, по которому отвозил девушку с ребенком?
Если водителя и удивил вопрос начальника, то вида он не подал, дав положительный ответ.
- Тогда скинь мне геолокацию дома девушки, хорошо?
Через полчаса Тукаев уже стоял у старенькой панельной пятиэтажки и смотрел на квадратные огоньки в фасаде дома, выискивая нужную квартиру. Наугад. Точного адреса он не знал, но это не являлось проблемой.
Утешив порыв и любопытство, сел в работающую машину и двинулся в сторону дома. На сегодня приключений хватило. Голове и телу требовался хороший сон.
Глава 10
Дома.
Ощущение, что прошло не семь лет, а семь месяцев. Мама даже не сменила обои на стенах в спальне девушки.
- Мам, я будто окунулась в школьные годы, - обернулась Есения к матери. – Ты даже плакаты с моими кумирами не сняла.
- Не стала. Ченнинг Татум красавец. А Паттинсона хоть и не люблю, но рука не поднялась выбросить. Ты так фанатела от сериала, - мама расплылась в улыбке от воспоминаний о счастливом прошлом.
- Спасибо, мам, - загрустила Есения. – Я сниму их.