— Значит, его зовут Стивен?
— Ну да. Правая рука моего отца — Стивен Харланд. Я тебе о нем говорила.
— Что-то такое припоминаю. По-моему, ты не очень-то его жаловала до очного знакомства, — съязвила Лора. — Ну и как, уговорила остаться?
— Сказал, что подумает. Я ему столько всего наобещала, что с его стороны было бы дьявольской неблагодарностью отказать мне сразу, — лукаво улыбнулась Викки. — Полагаю, он все же согласится и дальше работать на прежнем посту.
— А вдруг все же уйдет?
— Я сделаю все, чтобы его удержать.
— Ты с ума сошла! — испугалась Лора.
— Да, шучу я, шучу. А впрочем, почему бы и нет? Мне он очень симпатичен. И я ему понравлюсь со временем, — заявила Викки с какими-то новыми властными нотками в голосе. — К тому же я теперь богата.
— Что-то ты слишком часто стала упоминать об этом, — проворчала подруга. — Боюсь, что деньги окончательно испортят твой и без того несносный характер.
— О каком насилии идет речь? Я ненавязчиво внушу Стивену мысль, что для его же блага будет лучше в меня влюбиться. Вот и все.
— А что, если он не поддастся твоему внушению? — ядовито осведомилась Лора, удрученно качая головой.
— Пока не знаю, там видно будет. Ладно, пойду звонить маме. Она, наверное, уже с ума сходит от беспокойства.
Викки набрала номер рабочего телефона матери и вскоре уже рассказывала ей потрясающие новости.
Вернувшись вечером домой, Викки вытряхнула на узкую тахту, служившую ей постелью, весь свой скудный гардероб и сложила три четверти одежды в картонные коробки. Она собиралась передать их какому-нибудь благотворительному обществу. Вещи были вполне приличные — наверняка кому-то пригодятся.
В жизни Викки происходили большие перемены. Немного поразмыслив, она отказалась от квартиры, продала всю обстановку и переехала в дом отца, заняв его апартаменты. Они состояли из нескольких комнат, смежных между собой. По сути это была отдельная квартира только без кухни.