Ты тоже не в накладе остался, — подмигнула ему и с улыбкой пошла в аудиторию, чувствуя, как на меня все смотрят.
Молодец, Анечка. Ты только что получила смертельного врага. Он этого не простит.
***
Пара была сдвоенной. Три с половиной часа монотонного бубнежа."
"Я сидела на первой парте крайнего ряда и изо всех сил делала вид, что мне интересно, что эта лекция — лучшее, что могло произойти в моей скудной на события жизни. На самом деле внутри кипел сумасшедший коктейль.
Обида. Куда же без нее? Да и как-тут не обидеться, когда на тебя внаглую спорят?
Злость.
А еще страх. Напряжение такое, что кишки сводило. Потому что это — только начало. Дальше будет хуже. В глазах у Мерза я прочла обещание жестокой расправы.
Я боялась не его — видела и пострашнее. Боялась того, что моим мечтам о спокойной жизни придет конец, а ведь именно за этим сюда и приехала.
Сидела, писала за преподом, а по спине скользили чужие настороженные взгляды, доносились обрывки фраз, брошенных шепотом.
Пока. До тех пор, пока мерзавец не отдаст команду «фас». Черт. Не хочется-то как. Лучше бы смолчала. Пять минут позора, и дальше с поднятой головой. А теперь что?
За десять минут до конца пары в аудиторию заскочил взъерошенный первокурсник.
— Осипова кто? — гаркнул, как петух на заборе.
— Ну я, — отозвалась настороженно.
— В канцелярию! — и убежал.
Преподаватель, поймав мой вопросительный взгляд, утверждающе кивнул, отпуская. Я торопливо покидала в рюкзак свое барахло и выскочила из аудитории, чувствуя, как меня провожают холодными взглядами. Аж передернуло…
— Ань, — ко мне подскочила Аллочка, — нужна твоя подпись. — Здесь, здесь и здесь.
Натыкала наманикюренным пальцем в бумагу.
— Что это? Завещание? Или почку свою передаю в пользу науки?
— Ха-ха. Смешно. И где только таких шутниц делают, — проворчала она, — подписывай. Я подсуетилась и всунула тебя в одну программу.
— Обожаю тебя! — поставила размашистую подпись в нужных местах. — все? Могу идти?
— Да, — согласилась Алла, но спустя миг нахмурилась, — у тебя все в порядке?
— С чего такие вопросы?
— Когда уходила, была бойкая и звонкая, а сейчас ты нежно-зеленого цвета.
— Не преувеличивай.
— Даже не думала. Так что стряслось?
Я невесело усмехнулась:
— Ничего. Просто ты была права. Они — сволочи.