Пари с мерзавцем

Ядреный, вырви глаз, такой, что от первого же глотка затапливала горечь и начиналась тахикардия. Надо было прийти в себя. Очнуться. Подготовиться к тому, что произойдет, когда мой кошмар проснется.

В том, что ничего хорошего не будет, я не сомневалась. Вчера он взбесился от моей выходки, напился, потерял контроль. Сегодня все вернется на свои круги, и в его слабости, конечно, окажусь виноватой именно я. Ожидаемо. Предсказуемо.

И чертовски неприятно.

Я старалась не думать о тех словах, что он говорил, шептал на ухо.

Зло, жарко, откровенно. Мне проще считать, что это просто пьяный бред, чем пустить эти слова внутрь, дать им прорасти в своем сердце. Я ему не доверяю. И это не изменить, не исправить. А самое главное, ему самому на хрен не сдалось мое доверие. Это же Мерз. И этим все сказано.

С кружкой гадкого кофе я устроилась на табуретке напротив кровати. Прислонилась спиной к прохладной стене, подобрала под себя одну ногу и мрачно уставилась на спящего парня. Пока он спокоен, лицо умиротворённое, циничная усмешка разгладилась, черты лица стали мягче.

Но я не обольщалась. Последние минуты затишья перед бурей.

Кофе обжигал язык, давил горечью, но я продолжала пить, не отрывая взгляда от ночного гость. Ждала, разрываемая противоречиями, мне хотелось, чтобы он ушел, оставил в покое меня и мою жизнь, дал спокойно доучиться этот год. И в то же время одна мысль о том, что он отвернется, перестанет обращать на меня внимание, сводила с ума.

Я как наркоманка. Понимала, что это плохо, мучилась, но тянулась за новой дозой.

Захар пошевелился. Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как он переворачивается с живота на спину, трет лицо рукой, зевает и только после этого открывает глаза."

"Увидев, где находится, Меранов нахмурился и порывисто приподнялся на локте. Мрачный взгляд тут же впился в меня.

— Доброе утро, — мой голос звучал монотонно, почти с пренебрежением.

— Оса?

— Ты ожидал увидеть кого-то другого? — прохладно улыбнулась, глядя на него поверх кружки.

Он не ответил, только головой раздраженно мотнул и сел.

Одеяло сползло с груди и теперь прикрывало лишь бедра. Я беззастенчиво рассматривала крепкое поджарое тело с красиво вылепленными мышцами, смуглую кожу, которую так приятно драть когтями в порыве ярости и страсти. Красивый, самовлюбленный сукин сын. Сексуальный в своем сволочизме до такой степени, что я раз за разом теряю голову. Хотя обещала себе, что больше никогда ни из-за кого не стану этого делать.

Мне везет на сволочей.