Паутина

Поэтому напугаются. И вообще…

Генерал-майор лаконично заявил: готовьте приказ. Повисла пауза. Масловский сидел с кислым видом, но больше не спорил.

– Господа, у меня еще новости, – сказал поручик. – Турки захватили полосу вдоль спорного участка своей границы с Персией. Ввели войска!

– Где? – спохватились начальники.

Разведчик указал на карте:

– Здесь, здесь и здесь. Общая длина плацдарма – пятьдесят верст. Глубина – от десяти до пятнадцати. Сколько они прислали конницы, я сосчитать не смог. Пехоты примерно шесть тысяч штыков, двенадцать орудий и столько же пулеметов на повозках.

Артиллерия сосредоточена напротив города Ушнуйе. Ревизовать войска приезжал сам командующий Одиннадцатым армейским корпусом Джабир-паша. Я его лично наблюдал.

– Этого нам только не хватало, – рассердился Фидаров. – Надо срочно связаться с посольством. Если спустим Блистательной Порте, она дойдет втихомолку до Тегерана. Но и воевать без приказа мы не можем."

"– Мне нужно на один день попасть в Решт, проверить некоторые сведения, – обратился к генерал-майору поручик.

 – Разрешите, я зайду там к консулу и сообщу ему новость, как очевидец. И заодно вручу ваше донесение. А то пока мы будем шифровать телеграммы, пока по убогим персидским линиям они дойдут до посольства… Консул же распорядится как надо, и мы быстрее получим инструкции.

– А что за дела у вас в Реште? – насторожился Масловский. – Следует пополнить боезапас к «максимам». Особенно если мы собираемся брать перевалы.

– Вы слышали про Исмаил-хаджи?

Генерал с капитаном переглянулись:

– Это тот беглый каторжник, что убивал наших пленных в Тавризе?

– Он самый.

Встретился мне в Хое, спокойно пил кофе в ашхане.

– И вы его не арестовали?! – возмутился Афако Пациевич. – Я бы того хаджу своими руками повесил, зверюгу. В Хое стоит другой наш отряд, силой почти в два полка. Взяли бы оттуда людей и…

– …провалил бы задание, – закончил поручик. – Из-за этой, как вы выразились, зверюги губить легендированного агента Тер-Егизар-оглы? Новый образ потом долго придется лепить.

И еще получится ли… Агент проваливается один раз.

– Но Исмаил-хаджи – палач, – вымолвил Фидаров.

– Палач, – согласился Николай. – И мы его в самом деле повесим, только по-умному. Я открылся в Хое одному армянину. Ну, как открылся… Сказал, что меня прислал сюда шах, что я его секретный чиновник и мне поручено наблюдать за городом. Армянин даже не усомнился. Он обещал наладить слежку за негодяем.