– У меня там сын, он военный…
– На самом деле, Алексей Николаевич, чтобы пользовать чужую страну дальше без помех. Ослабление Персии до определенного предела нам выгодно. Слабой страной легче помыкать. Поэтому Россия не противилась деградации шахской власти, но полки и батареи держала наготове. И сейчас там идет необъявленная война.
– Карл Владимирович, ну к черту эту политику. Вернитесь к торговле.
– Слушаюсь. Значит, насчет торговли. Раньше русские купцы везли товары в Персию на свой страх и риск, и выходило так себе.
Тут будет реклама 1
Для торговцев немагометанского исповедания налоги там больше, чем для единоверцев. Получалось неравенство. Потом, армяне всегда лезли в посредники, они ведь повсюду укоренились и люди ловкие. Так что русаку приходилось трудно. Поэтому в тысяча восемьсот девяносто четвертом году Московский международный торговый банк – а это наш главный конкурент в Азии – учредил особую контору. Она называется Товарищество для торговли и промышленности в Персии и Средней Азии.
Тут будет реклама 2
Внесли туда серьезный уставный капитал – миллион рублей. Стали продвигать материи. В пику им Товарищество ситценабивной мануфактуры «Эмиль Циндель» завязало отношения с Учетно-ссудным банком Персии и открыло в Тегеране огромный склад для своей продукции. Следом подтянулись Прохоровы, выстроившие собственный склад в Ширазе, и Морозовы, севшие в Исфахане. Все было неплохо, покуда банк не вошел во вкус собственных операций. И не оттер фабрикантов. Тогда четыре года назад Циндель задумал организовать на паях текстильную экспортную компанию.
Тут будет реклама 3
И предложил поучаствовать в ней крупнейшим московским и иваново-вознесенским мануфактуристам. Мысль понравилась, и тузы создали РЭТ – Российское экспортное товарищество. Учредителями выступили тот же Циндель, а кроме него Рябушинские, Коновалов, Коншин, Кноп, акционеры Богородско-Глуховской мануфактуры. Словом, весь цвет.
– Я слышал, у них дело не заладилось, – уточнил Алексей Николаевич. – На Балканах уж точно.
Тут будет реклама 4
– Там да, там они прошляпили, – подтвердил Шнауберг. – После Боснийского кризиса девятьсот восьмого года, когда турки обиделись на Австрию и Грецию, они объявили их товарам бойкот. И тут наши экспортеры получили шанс занять нишу. Мог бы выйти прорыв! Но русаки опять зазевались, европейцы как более организованные мигом наполнили своими тканями образовавшуюся пустоту. И все… Но в Персии иначе. Там РЭТ действует вполне успешно.
