Он доставал из карманов помощников в виде шаров из железа, превращал их в подобия людей.
Капитан понимал, что кровь от такого зрелища стынет в жилах не только из-за хаттского вопроса, но и по причине какой-то совершенно дикарской картины происходящего.
Дарам вздохнул.
Шар потёк в его ладони. Превратился в седого старика. Первая генерация. Оцифрованные мозги, искусственное тело."
"— Нам нужно решить, доверяем ли мы… — начал капитан.
И понял по лицам — не доверяют.
Дарам кивнул: он тоже всё понял.
— Тогда сделаем иначе, — решил капитан.
В сейфе у него лежали не только ценные материалы из архивов Содружества, но и древние карты Солнечной системы и карты аномалий, предоставленные Хагеном.
Ничего особо секретного для команды в них и не было. А вот про историю Земли стоит пока помолчать, чтобы не вводить во искушение вездесущие нейрошары из теурита.
История — это оружие. А карты…
Почему бы в качестве жеста доброй воли не ознакомить с ними всех, кому это важно по долгу службы?
— Млич, — обратился он к навигатору.
— Наши? — спросил Дарам.
— Да, — кивнул капитан. — Наши общие предки.
Глава 32
Рэм и Бо. «Персефона» (незадолго до прыжка на орбиту Сцелуса и после…)
После капитанского визита Бо немного повеселел, но всё-таки Рэм чуял: в душе у друга что-то надломилось. Может, хаттское, а может, и самое что ни на есть человеческое.
Рэм мерил приятеля теми же мерками, что и себя самого. Он даже не пытался размышлять, что именно у Бо может быть не так, как у людей? Разве это важно для дружбы?
Ну, вот есть же имперцы и экзоты? Между ними — тоже хватает различий. И если у хатта свои мечты, увлечения и обиды, если у него тоже что-то болит, то зачем нужен весь этот бред про машинное и человеческое сознание?
Да и вообще, откуда бы взяться разнице между мозгами людей и разумных машин? Нейроны не из того вещества? Но ведь они же работают!
Парни из шестёрки Эмора тоже, как могли, поддерживали Бо.
Это была группа молодых первых пилотов, летающих без второго. Новейшие шлюпки при полном слиянии с навигационной машиной вполне это позволяли.