– Как насчет того, что вы с Димитаром чуть не подрались? Вы вроде как должны ему нравиться – для этого мы вас и привели!
– Это я вас привела, – поправила леди Каденс.
– По сути, да, но и Киф в чем-то прав, – заметил Блик. – «Черный лебедь» рассчитывает на мирный исход встречи.
– Так и будет. Но не стану молчать, когда Димитар ведет себя, как глупец – особенно если выясняется, что он договорился с «Незримыми», пока я жила здесь. Я всегда думала, что союз сформировался, как только прекратилось мое положительное влияние.
– Вы правда верите, что огры не планируют использовать сопоридин? – спросила Софи, пытаясь не представлять ужасающие возможности.
Распыли они его в воздухе – усыпили бы целый город.
Леди Каденс вздохнула.
– Не знаю. Спорный вопрос. В естественной среде нет источника питания, который выделяет необходимое баколлоцизиям количество азота, а если его и выведут, у бактерий нет ферментов для переваривания. Меня тревожит, что о них знают «Незримые» – особенно учитывая, что я не смогла провести собственные исследования.
– Могу, – кивнул он.
– Как? – поинтересовалась Софи.
– К «Незримым» даже приближаться не придется, если тебя это волнует, – было его единственным ответом, но Софи этого было мало.
– Отлично, – сказала леди Каденс.
– И мне тоже, – добавила Софи. – И расскажи, где нашел отчеты, Киф. Нельзя…
– Я ТАК ПОЛАГАЮ, ВСТРЕЧА ОКОНЧЕНА? – крикнул Димитар из темноты. – ПОТОМУ ЧТО МОЕ ТЕРПЕНИЕ ПОДХОДИТ К КОНЦУ!
– Он прав, – шепнула леди Каденс. – Вернемся к разговору позже. Сейчас необходимо сосредоточиться. Вам же нужен камень, чтобы найти родителей, так?
Софи, выдохнув, кивнула.
– Тогда пойдемте, – леди Каденс направилась к расселине.
Блик последовал за ней – но Софи схватила Кифа за руку, останавливая его.
– Да, знаю, – отмахнулся он, пока она не приступила к заготовленной тираде. – Я прекрасно чувствую облако твоей ярости. Злись, сколько хочешь. Но когда я узнал, что мама работает с «Незримыми», я дал себе обещание: она навредит только мне. Иначе я не смогу с этим жить.
Он говорил с надрывом – его руки дрожали – и Софи осознала, что Киф только что снял еще одну маску.
Она знала веселого, насмешливого Кифа.