Софи никогда бы не подумала, что он продумает все до мельчайших деталей, но, видимо, недооценила строгого старейшину.
– Ну, значит, можно перестать прятаться, – выдохнула Микстура, развязывая маску и открывая лицо.
Бронте вскинул брови.
– На самом деле, Ливви, о тебе даже не подумал. Вы с Квинлином всегда были… далеки друг от друга. Полагаю, он все знает?
– Уже несколько дней как, – кивнула она.
Он открыл было рот, чтобы что-то спросить, но передумал и обернулся к остальному Коллективу.
– Кто-нибудь еще готов раскрыть свою личность?
– Пока нет, – отказался мистер Форкл.
Пресловутый оскал Бронте на мгновение вернулся, но он ничего не сказал и вновь обратился к Софи:
– Кажется, мы отвлеклись. Вам нужно решить, навестит ли нас ваша сестра.
– Если уж на то пошло, – произнесла Эдалин, заметив неуверенность Софи, – я была бы рада с ней встретиться.
Хрупкая надежда в ее голосе все решила, как и радостные морщинки у глаз Грейди, появившиеся, стоило Софи кивнуть.
Она не могла упустить неожиданную возможность познакомить сестру с новой семьей и показать, в каком мире она очутилась.
– Тогда дайте мне переодеться, – попросила она Микстуру. – А потом Квинлин может ее привести.
Глава 56
– Ничего себе.
Кажется, других слов у Эми не находилось – хотя Софи ее понимала. Она до сих пор помнила свое восхищение со дня, когда Алден впервые привел ее в Хэвенфилд – а ведь тогда она уже видела Эверглен и была знакома с красотой эльфийских домов.
Первое «ничего себе» принес световой прыжок с Квинлином – что было не удивительно, ведь когда Алден перенес Эми в Атлантиду, она была без сознания. Сам дом заслужил еще одно – скорее всего, потому, что по меркам людей он больше походил на дворец. И каждый раз Эми охала, начиная с момента встречи с Фитцем и заканчивая знакомством с Дексом, Бианой, Тэмом и Лин – при виде которых, помимо очередного «ничего себе», у нее еще и раскрылся рот. Потом она увидела причудливую маскировку Коллектива.
Они собрались и все вместе поели сладкой сливочной выпечки, пока не откинулись в креслах, понимая, что еще немного – и они просто лопнут. К ним присоединился даже Бронте. На самом деле, обычно угрюмый старейшина так много улыбался, что Софи задалась вопросом, не заболят ли у него завтра щеки.