Перед глазами тут же встал обгоревший череп с остатками верхней челюсти, и Лена вновь щелкнула кнопкой бра.
– И мальчики горелые в глазах… – пробормотала она, садясь в постели. – Это что еще за новости, никогда мне трупы спать не мешали, старею, что ли?
Она снова схватилась за книгу, надеясь, что это поможет отвлечься и уснуть, однако отвратительная картина не исчезала. Пришлось встать, выйти в кухню и сделать ромашковый чай, который обычно помогал расслабиться. Но уснуть Лене удалось только к утру, потому трезвон механического будильника она восприняла с особенным раздражением.
– Черт бы тебя побрал. – Хлопнув рукой по кнопке, Лена села, чувствуя, как кружится голова от усталости. – Лучше бы совсем не ложилась, буду теперь как осенняя муха весь день…
– Впервые за все время работы со мной такое, – пожаловалась она пришедшему с докладом Паровозникову. – Представляешь – только глаза закрыла, и бац! Оскал этот обгоревший… – Лена передернула плечами и зажмурилась.
– Ну, все бывает, подруга. Ничего, сегодня к вечеру устанешь – уснешь даже стоя, уж поверь старому оперу.
– Очень надеюсь уснуть все-таки дома, в постели… а ты что-то мне принес?
– Сахар, – коротко бросил Паровозников и картинным жестом вынул из кармана куртки квадратную коробочку рафинада. – Это, так сказать, от оперативников тебе, чтоб не думала, что мы жлобы.
– Да я и не думала. Но за сахар спасибо, я забыла совсем… – Лена убрала коробку за штору и вернулась за стол. – А кроме сахара?"
"– А кроме сахара, подруга, есть вот такая информация… – Андрей открыл коричневую потертую папку, с которой не расставался, и положил перед Крошиной листок.
Она быстро пробежала его глазами и вздохнула:
– Выходит, версия с работой на комбинате отпала. Печально. Что будем делать?
– Искать – что еще? Я, кстати, вечерком покопался в интернете.
– Да я тоже покопалась. Ничего интересного.
– То есть?
– Ну, соцсети пустые почти, там какая-то ерунда мужская – футбол, поездки, ничего такого, что могло бы нам как-то помочь.
Паровозников внимательно слушал, перекинув ногу на ногу, а потом покачал головой:
– Примитивно ты мыслишь, Елена Денисовна. Ну что еще должен писать в соцсетях мужик? Если он не журналист и не какой-то публичный деятель? А я вот с другой стороны зашел.
– Это с какой же? – Лена почувствовала себя уязвленной.
– С сайтов знакомств, подруга. Николя мужик в самом, так сказать, соку, не наследный, конечно, принц, но для наших баб и турецкий шашлычник уже олигарх.