Надо было ее тогда найти! Жизнь ей не захотел портить… Думал, зачем ей такой, как он? А она одна осталась, с ребенком.
Так он и пролежал до самого рассвета, закинув руки за голову и уставившись в мерцающий в полумраке подвесной потолок.
В начале девятого утра за ним приехала машина. Залесский заглянул в гостевую спальню, но Катя еще спала.
— Девушку из дома не выпускать! — приказал охране он. — Как только проснется, позовите Дашу, пусть проследит, чтобы она позавтракала и переоделась.
— Будет сделано, Влад Арсеньевич, — отдали честь два охранника.
Даша работала у Залесского в доме вместе со своей сестрой: девушки наводили уют, стирали, гладили и готовили. Их пристроила Ольга, и Влад не спорил.
…Козырев ждал их с Гордеевым у входа в кафе. Он приехал не один, с охраной. Двое стояли рядом с ним у входа, еще четверо сидели поодаль в иномарке, готовые по взмаху руки кинуться в бой.
— Надо было еще ребят взять, — потер гладковыбритый подбородок Гордеев.
Залесский презрительно ухмыльнулся.
— Да эту армию в два счета уложить можно. Надо только тактику знать. Да, Володя?
Один из головорезов, сидящих на заднем сиденье, довольно хмыкнул:
— А то!
Козырев нервничал, это было видно по играющим желвакам и напряженному взгляду. По его кожаной куртке и по лицу стекали капли холодного осеннего дождя, но он не замечал плохой погоды.
Залесский окинул соперника оценивающим взглядом и первым выбрался из джипа. Гордеев вышел следом за ним.
— Где она? — впился в руку Залесского мертвой хваткой Козырев.
— Кто? — непонимающе взглянул на него Влад.
— Катя! Что вы с ней сделали?! Или думаете, что ответа не последует?!
Залесский кивком головы пригласил мужчин войти в кафе.
— Холодно здесь такие дела обсуждать. Давайте в помещение зайдем.
Вскоре они сидели за широким деревянным столом: Залесский, Гордеев и Козырев. Охрана устроилась неподалеку.
Ольга принесла всем кофе. Улыбнулась Владу, коснулась мягкой рукой едва заметно его плеча, и он помрачнел — был уверен, что в раннее утро Оли в кафе не будет. А она мало того, что пришла, так еще и кофе решила лично принести. Зря, ох, как зря.
Остальные мужчины заскользили по ней своими похотливыми взглядами.