Подари мне дочку (СИ)

Выбор съемной квартиры неслучаен?

— Нет, — она не стала лукавить, за что он мысленно ей поставил плюсик.

А ожидал, что будет.

Она удивляла его.

Про бредовое предложение родить ребенка — даже говорить вслух не стал. Бред — он и в Африке бред.

Принесли заказ, и Айя, пожелав ему приятного аппетита, принялась ужинать. Юступов шел в ресторан, даже толком не пообедав. Дела навалились. Плюс он не мог не думать об Айе.

Рассчитывал нормально поужинать, сейчас же Виктор ел, не чувствуя вкуса еды.

И это только начало.

Мужчина мысленно усмехнулся. А сейчас стоит подумать, нужен ли ему геморрой по имени Айя? После встречи у бассейна прошло нет ничего, он уже потерял аппетит, прямо как прыщавый юноша, что влюбился в первую красавицу школы.

Жил он себе вполне спокойно. Выбирал тех, с кем проводить ночи, строил карьеру. Когда у кузена Демьяна родилась дочка, и они назвали её Айей, в груди зажгло, нутро опалило неприятными воспоминаниями, но Виктор быстро справился с ними. И не такие воспоминания хранились у него в голове.

Были ночи, когда он просыпался и долго не мог уснуть.

Виктор прошел несколько горячих точек, прежде чем решил, что хватит, навоевался, пора оседать. Это случилось за два года до встречи с Айей, когда мужчина активно занимался карьерой и про постоянных женщин, а тем более детей, не думал.

Не думал об этом и сейчас. Даже когда стал крестным маленькой Айи, ему вполне хватало прийти к Тарисову в дом и потутушкаться с мелкой. Свои — нет.

Не с его характером, не с его образом жизни.

Виктор снова посмотрел на Айю. Сидит, беззаботная, кушает, причем не делая вид, что на диете. Ест, сексуально приоткрывая рот, показывая свой розовый язычок, который сразу же хочется вобрать себе в рот и пососать.

Сука! Почему его штормит именно от этой блондиночки? Оттрахать её и успокоиться.

— Очень вкусно. Спасибо, Виктор.

— Готовил не я. Благодарить надо повара. Пригласить?..

— Нет, ты что. Ох, я наелась. Нужно срочно в бассейн, сгонять всё лишнее.

— Калории можно сгонять и иным способом, — Виктор отодвинул тарелку и положил обе кисти рук на стол, более пристально посмотрев на Айю.

Та прекрасно поняла, о чем он говорит.

— Да, можно, только… — она замялась, не договорив. И снова у Виктора появилось ощущение, что он не видит самого главного.

Он! Привыкший всё замечать.

Упускает нечто неуловимое.

— Нервно всё, Витя.

От её простого «Витя» его кинуло в жар.