– Зачем же так затейливо? Можно ведь было округлить сумму, за Великого Гуру небось и восемьдесят тысяч отдать не жалко, – съязвил Таганцев.
– Нет, ты не понимаешь, – возразила я. – Эти суммы взяты не с потолка, а с упором на нумерологию. Эти ребята считают, что каждая цифра является информационно-энергетической матрицей и носителем определенного потенциала. Семерка, например, символизирует тайну и склонность к постижению мистического мира, находящегося за пределами чувств. А шестерка – это символ надежности и прочной гармонии с природой.
– Откуда ты знаешь? – удивился Таганцев.
– Запомнила, нам это на первом занятии рассказывали. Я, правда, сбежала с него, уж больно по-идиотски себя чувствовала в компании восторженных лохушек…
– То есть ты ходила на бесплатное занятие в эту контору, но ушла с него и за деньги заниматься уже не стала? – вычленил главное опытный опер. – Так-так… Смотри-ка, ведь получается, что в марте писательница отзанималась за деньги, а потом это дело забросила на целых три месяца… А когда на нее СМИ наехали, в какие даты?
– Как раз в эту паузу!
– Угум, скандал случился в юном месяце апреле.
– Мария Царева прекратила заниматься в студии «Эйч Джи Сикрет» – и вскоре попала под обстрел продажных СМИ, – медленно проговорила я. – А через три месяца вернулась к занятиям – и все у нее наладилось. Пресса сменила гнев на милость, писательница пошла по пути просвещения дальше и стала платить больше – уже за специальные занятия с Гуру… Кость, выходит, все дело в «Эйч Джи Сикрет»? Это их методы? Разгром в СМИ – наказание за измену, восстановление репутации – вознаграждение за возвращение в ряды адептов, так, что ли?
– Скажи-ка, а тебе они не предлагали вернуться?
– Нет, хотя… – Я задумалась.
– Что ж, надо прощупать эту контору.
Проводив Костю, я пробежалась по квартире, сбрасывая избыток нервной энергии. Хотелось безотлагательно и решительно действовать, но у меня не было никакого плана. С трудом я заставила себя сесть и как следует обдумать новую информацию.
Чтобы минимизировать эмоции, стала думать о самой себе в третьем лице – как о «жертве СМИ № 3».