Вместо этого резко пошатнулась и стала медленно оседать на пол. Недоеденная корзиночка упала под ноги Родиону, который едва успел подхватить Лену.
— Лен, ты чего? Ты в обморок, что ли, упала? — занервничал он и, подняв ее на руки, донес до дивана. Осторожно опустил на него, схватил со стола бутылку с водой и салфетку, торопясь сделать холодный компресс. Но когда наклонился над Леной, то с ужасом понял, что компресс ей уже не нужен — ее лицо почти мгновенно превратилось в окаменевшую маску и приобрело мертвенно-желтый оттенок, а нежные губы страшно почернели.
* * *Некоторое время Родион стоял и тупо смотрел на свою бывшую любовь, которая только что весело смеялась и обнимала его, а теперь лежала на диване совершенно на себя непохожая.
— Нателла!! — закричал Марьянов срывающимся голосом.
Он звал ее потому, что не хотел оставаться наедине с умершей Леной. Нателла вряд ли окажет ему какую-то помощь, она здорово накачалась и наверняка соображала еще хуже, чем он. Дрожащими руками Марьянов достал телефон и позвонил в «скорую помощь».
— Человек… умирает! — выдавил он из себя, не зная, как можно объяснить по телефону то, что случилось. — Я не знаю, сердце или не сердце. Ради всего святого, приезжайте скорей!
Продиктовав адрес и положив трубку, он еще раз подошел к Лене, но она не подавала признаков жизни.
Стоп! А почему он решил, что Лена мертва? Он же не доктор. Мало ли что не дышит, всякое в жизни бывает. Неожиданно всплыло воспоминание о какой-то журнальной публикации, где описывался случай внезапного и тяжелого сердечного приступа.
Марьянов схватился за голову — вдруг он все напутал, перепугался, а Лена на самом деле жива? И ей сейчас срочно нужна помощь, лекарства! Родион бросился в кладовку, которая располагалась прямо за кухней.