— Но куда я пойду?
— Я вас спрячу! — с жаром пообещала Карина. — Я вас так хорошо спрячу, Родион Алексеевич, что вас никто никогда не найдет!
— Звучит зловеще, — пробормотал Марьянов, быстро прокручивая в голове свои возможности. — Вы не боитесь во все это ввязываться?
— Я уже ввязалась, — призналась Карина. — Я следила за вами.
— Следили? За мной?! Но с какой стати?
— Родион Алексеевич, — Карина торопливо оглянулась, — мне кажется, что нам лучше уехать прямо сейчас. Потому что, если вы вызвали «скорую», она должна появиться с минуты на минуту.
— Вы предлагаете просто взять и уйти? И оставить здесь мою жену и… и Лену?
— У вас нет другого выхода. Карину трясло от волнения.
— Хорошо. — Он наконец решился. — Мне нужно кое-что сделать наверху. На чем вы приехали?
— На своей машине. Часа три назад."
"— Вы что, все это время сидели в засаде?
— Да, — просто ответила она и взмолилась: — Родион Алексеевич! Я вам потом все расскажу.
— Хорошо.
Он на секунду прикрыл глаза, а когда открыл их, встретился со взглядом Карины. В этом взгляде было и сострадание, и еще что-то такое, отчего у Родиона на миг перехватило дыхание. Справившись с внезапной слабостью, он спросил:
— А вдруг это банальное пищевое отравление? Как будет выглядеть мое исчезновение?
— Очень просто. Вы напились, ничего не помните. Не помните, как приехала жена, как приехала ваша приятельница. Уже едва соображая, вы вызвали секретаршу, то есть меня, и она — то есть я! — увезла вас домой.
— Ничего более дурацкого отродясь не слышал, — хмыкнул Родион.
— А вы знаете, что в дурацкие признания легче верят?
— Здесь еще была сестра моей жены, — признался Марьянов. — Вот она действительно напилась вдрызг. А когда узнала о несчастье, сбежала, прихватив с собой кое-что. — Он в двух словах рассказал Карине о записывающем устройстве и тут же спохватился: — Мне просто необходимо побывать в спальне и найти камеру.
Он побежал на второй этаж, а Карина, преодолевая страх и стараясь не обращать внимания на тело женщины, лежавшей на диване, принялась осматривать гостиную. Потом, задержав дыхание, заглянула в кладовку. Она понимала, что другой возможности отыскать хоть какие-то улики на месте предполагаемого преступления у них с Марьяновым уже не будет.