Его жизнедеятельность как гомо сапиенса сводилась практически к нулю. Квартиру Гаврюсов не убирал, еду не готовил, белье не стирал. Уборкой и стиркой за небольшую плату занималась старенькая бабушка, жившая этажом ниже. А продукты раз в неделю приносила Алла Николаевна Крупенникова. Крупенниковы жили в этом же доме, но в соседнем подъезде. Карина и Василий ходили в одну школу, а их мамы дружили. Когда мама Василия умерла, ухаживать за ним стала мама Карины. В последнее время Карина ее частенько подменяла, поэтому у нее имелся свой комплект ключей от квартиры Гаврюсова.
Сначала Карина решила познакомить босса с той самой старушкой-соседкой, которая приходила к Гаврюсову делать уборку. Просто на всякий случай.
— Баба Лиза, — весело сообщила она отворившей дверь бабушке-одуванчику в сдвинутых на лоб очках. — Вот, это родственник Гаврюсова, Родион Алексеевич. Приехал погостить. Он из Липецка.
— Ух, и бедолага ты, — сочувственно обратилась к Марьянову бабуля. — Небось не знал, что Васька с ума съехал? Ты ему рассказала?
— Рассказала, рассказала. Но ночевать-то ему где-то надо."
"— Я как у Васьки уборку сделаю, так у меня потом цельную ночь перед глазами рябит. И как будто в лодке меня качает. У Васьки в большой комнате телевизор размером с дверцу лифта! А сам Васька шнурком к нему привязан. По шнурку к нему вся гадость оттудова и идет, — заключила она. — В церкву ему сходить надо, я ему уж говорила-говорила… Не идет!
— Баба Лиза, Родиону Алексеевичу отдохнуть пора, — прервала ее излияния Карина.
— В ночь у него самое страшное и творится! — покачала головой старушка. — Я с вами пойду. Родиону Лексеичу самолично постелю расстелю. И полотенца чистые принесу.
Втроем они поднялись на один этаж, и Карина открыла дверь своим ключом. Баба Лиза вошла первой. В коридоре было темно, зато из комнаты струился голубоватый свет и слышались сдавленные вскрики нечисти, которую рубили неистребимые рыцари, оснащенные мечом и магией.
— Ого, техники, как в хорошем супермаркете, — пробормотал Марьянов. — А это и есть ваш Васька?
— Он, ирод, — подтвердила баба Лиза. Гаврюсов сидел в кресле, пожав под себя одну
ногу. Вторая босая нога свисала вниз и активно шевелила пальцами — вероятно, помогая хозяину справляться с врагами.
— Здрасьте, — сказал Марьянов, не веривший в то, что Василий может вообще его не заметить.