Мол, конкретных знаний у вас нет, поэтому и отравить вы не могли. Но это, как вы понимаете, мало помогло. Подозрения в том, что убийца — вы, укрепились. Триллер, между прочим, пытался выяснить у следователя, какой яд был в пирожных, но ему ничего не сказали. А вот Чижов выяснил.
— Как?
— Просто, как и все в нашем государстве. У него в агентстве работает сын патологоанатома, который производил вскрытие. Яд идентифицировали с большим трудом. Это так называемый «Черный поцелуй», яд растительного происхождения, секрет изготовления которого считался давно утерянным.
— Почему он так жутко называется?
— Еще не поняли? У того, кто принял яд, губы сжимаются как бы для поцелуя и становятся черными. Теперь слушайте дальше. Следственная группа, к несчастью, выяснила, что вы являетесь членом клуба «Великий сыщик».
— Какое это вообще имеет отношение к убийствам?
— Сейчас поймете. Порасспросив о вас председателя и членов клуба, милиционеры с интересом узнали, что во время последнего заседания вы активно участвовали в обсуждении версий убийства при помощи…
— Отравленных пирожных, — сокрушенно сказал Родион и даже легонько стукнул кулаком по столу, отчего звякнули тарелки. — Проклятье, я зафлажкован.
— Погодите, это ведь только косвенные улики, прямых улик против вас у них нет и быть не может.
— Знаете, у меня сейчас в голове карусель.
— Петр, между прочим, просил передать вам, чтобы не вешали носа. Вот и не вешайте. Смотрите, что у меня есть — справка на вашу любимую Нателлу. Посмотрите внимательно, может быть, родятся идеи.
Спустя буквально пять минут у Марьянова родилась очень неплохая идея, которую они решили осуществить сразу, не откладывая дела в долгий ящик.
* * *— Давайте так, я побуду здесь, а вы зайдите внутрь и посмотрите, там ли они, — почему-то шепотом сказал Родион, хотя они сидели в машине и слышать их никто не мог.
— Хорошо, но вдруг их еще нет? Мне ждать внутри или вернуться?
— Подождите внутри. А то будете ходить туда-сюда, обратите на себя ненужное внимание. Не дай бог, какой-нибудь горячий парень положит на вас глаз. А я даже из машины выйти не могу. Нам сейчас проблемы не нужны.
— Это не проблема. Проблема будет, если они не появятся сегодня здесь.