Я все ещё помнила перешептывания девчонок в институте и чувство унижения, которое я испытала, как свое, за неведомую мне несчастную девочку Лизу. Да, мы обе не красавицы! Но это же не значит, что мы люди второго сорта! Вот Лиза, например, судя по оставшимся в имении картинам, очень неплохо рисовала, у нее был талант, она умела так схватить момент, самый выигрышный, хоть в пейзаже, хоть в портрете, что рисунок казался живым. А у меня проявился талант в организаторской деятельности, ну и знания, конечно. А тут какой-то князек сделал одолжение - потанцевал с девушкой! Допустим, что он и впрямь не знал, что она и есть Лиза Арсентьева, но зачем же так унизить девчонку? Пусть её любовь ему вовсе не нужна, но ведь мог он и письменно все это объяснить, и уж в самом крайнем случае, хотя бы не так громко заявить об этом на все помещение для свиданий, при куче свидетелей и впихивая в руки пачку ее писем! Да и на меня он поначалу поглядывал с этаким лёгким превосходством и пренебрежением, одолжение делал девушке! Пока я не выдвинула свои условия.
-Ладно, Фиодор, пока совсем не прижмёт, не буду обращаться к Шереметовым. И сама к ним не поеду. Но если случайно встретимся в городе - не буду от родства отказываться.
Решение, конечно, было половинчатым, но кота и это устроило, он удовлетворённо муркнул, продолжая завтракать отварным судаком.
Но как говорится, гладко было на бумаге, да забыли про овраги.