как она там теперь?
Увидев мои вытаращенные глаза и отпавшую челюсть, пояснил, для тех, кто в танке - Дома, в Москве, подружка у меня была, Тася, котята у нас вот только родились, а мы вот из-за твоей пьянки сюда попали...
Я устыдилась и более не стала говорить ничего нравоучительного. Хотя хотелось. Очень. Промолчала и принялась далее за свое вязание, проклиная про себя пышные формы княгини Гагариной. Но при этом у меня осталось стойкое ощущение того, что Федька готовит грандиозную пакость.
По летнему времени и жаркой погоде окно было открыто в моей спальной.
Засыпая, подумала - ""Небось, Гаврила с Пронькой опять свекловухи перепились и чудят"" (Свекловуха - самогон на основе сахарной свеклы).
Как выяснилось наутро, я была не так далеко от истины, но только на половину и в другую сторону. Утро началось с того, что я услышала сквозь неплотно прикрытую дверь в спальную, недовольное бурчание Глашки.
-Ну, надо же, весь ковер в залке у барышни изгваздал! И где только сажи-то взял! У нас уж давно ничего по-черному не топится! Ууу, ирод бессовестный! Вот ужо я все барышне расскажу про тебя! Какой ковер был красивый, а ты его весь уделал! И не смотри так, будто не причем!
Если я правильно поняла, Глашка ругала Фиодора за то, что он испачкал светло-бежевый ковер в гостиной.
Как-то вроде мне не по чину стоять там, в толпе, поэтому решила потом заглянуть в молочный цех и узнать, о чем там речь идёт. Что я сделала чуть позднее.
Вот тогда я и поняла, почему так ругалась Глашка.