Вот ей-Богу, заклятые подруги, только одна сухопарая и высокая, а вторая маленькая и пухленькая, что-то прочирикавшая мне на французском... упс, засада! Где там мои Же не ма па сис жур? Напрягшись и собрав в кучу всю свою память, я натужно выдавила из себя.
-Мерси, мадам! Тре бьен, мадам!
Ещё бы знать, что бы это значило. Но видимо, я что-то верное сказанула, так как графиня любезно мне улыбнулась и продолжала чирикать со своей соседкой, грузя уже ту своим французским.
"Княгиня Гагарина представляла меня своим приятельницам как ""нашу спасительницу, кудесницу и чародейку. Представляете, это у нее в имении делают все эти восхитительные вещи!"" и она трясла полой своего казакина, который не преминула сегодня же и надеть. Оглядевшись, я увидела и в самом деле свои изделия на дамах - ридикюльчики, игольницы с рукоделиями, вышитые воротнички, лифы у платьев, накинутая на плечи у Татищевой моя ирландская шаль павлиньей расцветки, короткий жакет кружевной на Невиной.
Танцы продолжились, музыка грянула, кавалеры поспешили ангажировать дам для танца.
Среди подошедших офицеров нашелся один смелый, который пригласил меня на вальс.
Он что-то ещё вещал, но я особо не прислушивалась, считая шаги, ровно до того момента, как он произнес.
-Для нас, павлоградцев, московский климат просто губителен!
Я в полном изумлении вытаращилась на него.