Настеньке не терпелось посекретничать без присутствия маменьки, а последней немедленно же хотелось поведать все последние сплетни Москвы и ее окрестностей - свободные уши, ага! А ещё ей не терпелось узнать, какие новинки от моей мастерской будут нынче, чтобы задирать нос перед своими заклятыми подругами. В общем, до самого вечера я исполняла роль свободных ушей. Наконец, хозяйки начали собираться на какой-то прием, приглашали и меня, но я взмолилась.
-Дамы, пощадите! Сутки в поезде, ещё столько же в сборах в дорогу, путь до Курска! Я уже себя не помню! Мне сейчас только о горячей ванне мечтается и кровати! Завтра с утра у меня срочные дела, а потом я вся ваша!
Дамы согласились.
-Обожрешься - не буду живот гладить, чтобы не болел!! Смотри мне!
Показалось мне или нет, но Федька показал мне язык! От немедленной расправы его спасло появление горничной, унесшей кота для ужина на кухне.
С утра я постаралась как можно быстрее передать товар своим контрагентам, чтобы не рисковать условиями хранения. Купцы ждали мой товар с нетерпением. Немировский даже пожаловался.
-Закончилось ваше масло, а подвоза не было из-за распутицы, закупил у другого поставщика.
Пришлось показать все новинки. В халву Немировский вцепился, твердо сказав.
-Мое! Не отдам!
А вот козинаки великодушно отдал Орехову. Но взамен забрал себе три банки пикулей, пояснив, что это для личного пользования. Дальнейшие поездки прошли не менее удачно, и к обеду я уже вернулась в особняк Гагариных. Хозяева давно тоже были на ногах, ожидали меня, чтобы обедать и начать сборы на вечерний прием у Нащокиных.