Перебирает бутылки, наконец выбирает одну и быстро показывает ее мне, словно Ванна Уайт. Отвинтив крышку с бутылки коньяка, который, я уверен, дороже, чем огромный телевизор на стене, она смотрит на меня с притворным сочувствием.
– Ты не можешь постоянно трусить.
– Заткнись.
– Ты так похож на нее, – хихикает она.
– На Тессу? Нет, абсолютно. С чего ты взяла?
– Нет, не на Тессу. На Райли.
– Чем именно?
Лилиан наливает темный коньяк в бокал и передает его мне, а потом опять усаживается на диван.
– А себе не нальешь?
Она царственно качает головой:
– Я не пью.
Конечно, не пьет. Мне тоже не следует пить, но слегка сладковатый, насыщенный аромат коньяка уносит воспоминание прочь.
– Так ты скажешь мне, чем я на нее похож? – Я в ожидании гляжу на нее.
– Вы оба такие; она тоже всегда ведет себя так, словно сердита на весь мир. – Она изображает на лице преувеличенное страдание и подгибает под себя ноги.
– Ну, может, она на что-то злится, – защищаю я ее подругу, хотя совсем ее не знаю.
И одним глотком наполовину опустошаю бокал. Коньяк крепкий, выдержан до совершенства, чувствую, как меня обжигает до пальцев ног.
Лилиан не отвечает. Вместо этого она поджимает губы и смотрит на стену позади меня в глубокой задумчивости.
– Я не какой-нибудь доктор Фил[2], без всяких «Хочешь поговорить об этом?», или там чертова «Кумбайя»[3], – говорю я, и она кивает.
– Я и не жду «Кумбайю», но считаю, что ты должен, по крайней мере, придумать план, как извиниться перед Тамарой.
– Ее зовут Тесса, – поправляю я, внезапно раздражаясь из-за этой мелкой ошибки.
Она улыбается и перекидывает свои каштановые волосы на одно плечо.
– Тесса, извини. У меня двоюродную сестру зовут Тамарой, наверное, я сейчас думала о ней.
– С чего ты решила, что я стану извиняться? – Я прижимаю язык к нёбу в ожидании ее ответа.
– Шутишь, что ли? Ты должен извиниться! – почти кричит она. – По крайней мере, ты должен сказать, что поедешь с ней в Сиэтл.
Я устало морщусь.
– Я не собираюсь в Сиэтл, черт возьми.
В конце концов, почему Тесса и эта гребаная Тесса номер два заставляют меня ехать в Сиэтл?
– Тогда, я думаю, она уедет без тебя, – отвечает она отрывисто.
Смотрю на нее, на эту девушку, которая, как я думал, сможет меня понять.
– Что ты сказала? – Я резко ставлю бокал с коньяком, так, что коричневая жидкость выплескивается и растекается по белой поверхности стола.
Лилиан удивленно поднимает брови.