В этом ты не можешь отступить; он должен знать, что на этот раз ты настроена серьезно. Ты должна дать ему поскучать по тебе.
Улыбаюсь, вообразив Хардина с лилиями в руках: он появляется через неделю после моего отъезда и отчаянно просит у меня прощения.
– У меня еще даже нет порога, на котором ему нужно появиться.
– Это его рук дело? В этом причина, что та женщина тебе не перезванивает?
– Да.
– Я так и знал. Риелторы всегда отвечают на звонки. Ты должна ехать. Кен поможет тебе найти место, где остановиться, пока ты не подберешь себе постоянное жилье.
– А что делать, если он все-таки не приедет? Или еще хуже, если он приедет, но еще злее, чем сейчас, потому что ненавидит Сиэтл?
– Тесса, я это сказал, потому что желаю тебе добра, понимаешь? – Он ждет моего ответа, и я киваю. – Только псих откажется от Сиэтла ради того, кто любит тебя больше всего на свете, но при этом готов уделять тебе только половину своего времени.
Вспоминаю слова Хардина, что я постоянно ошибаюсь и заставляю его вести себя так, как он.
– Ты думаешь, без меня он был бы лучше?
Приподнявшись, Лэндон отвечает:"
"– Нет, черт возьми, нет! Но я полагаю, что ты не говоришь мне и половины тех гадостей, что вываливает на тебя он, и, может быть, это действительно не сработает.
Он протягивает руку и легко пожимает мне ладонь. Уговариваю себя, что я пьяная и не замечаю, что Лэндон, один из немногих людей, кто действительно верил в мои отношения с Хардином, только что поднял белый флаг.
– Завтра мне будет ужасно плохо, – сообщаю, чтобы сменить тему, прежде чем нарушить данное самой себе обещание не плакать.
– Да уж, – подтверждает он. – От тебя пахнет, как из винной лавки.
– Я встретила подругу Лилиан, она угостила меня виски. Да, и я танцевала на барной стойке.
Он радостно охает.
– Не может быть!
– Может! Это было очень глупо. Это идея Райли.
– Она… интересная, – улыбается Лэндон и, кажется, заметив, что продолжает гладить мою ладонь, отдергивает руку и прячет ее под голову.
– Она женский вариант Хардина, – смеюсь я.
– Вот как? Неудивительно, что она ее так раздражает, – подхватывает он мой смех.
И в этот момент у меня появляется шальная мысль, от которой я поворачиваюсь к двери, ожидая увидеть там Хардина, который с мрачным видом слушает шутливое оскорбление Лэндона.
– Благодаря тебе я могу обо всем забыть, – говорю я не подумав.
– Ну, я рад.
Мой лучший друг улыбается и берет одеяло, лежащее в ногах. Он закрывает нас обоих, и веки мои слипаются.
Минута проходит в тишине.