Мне не нравится быть такой.
– А мне нравится, – тихо говорит он.
– Я знаю, что тебе нравится, а мне нет, – отрезаю я, пытаясь заставить свой голос звучать уверенно.
Внутренне я хвалю себя за это решение, но тут же морщусь, потому что выходит у меня неубедительно.
– Ну хорошо, и как я должен играть в эту дурацкую игру с независимостью?
– Просто делай то, что делаешь сейчас. Я должна иметь возможность принимать решения, не думая о том, что нужно сначала получить у тебя разрешение, или о том, что ты о них подумаешь.
– Сейчас ты явно не думаешь о том, чтобы спрашивать разрешения, иначе ты бы и половины всего этого дерьма не наделала.
Не хочу ссориться.
– Хардин, – предупреждаю я. – Для меня это важно. Я хочу иметь возможность думать своей головой. Мы должны стать равными… партнерами, никто из нас не должен быть… сильнее другого.
Я тщательно подбираю слова, чтобы как можно понятнее объяснить, чего я хочу… что мне нужно. Я должна это сделать. Это часть того, кто я, или кем я хочу быть. Мне пришлось много трудиться, чтобы найти себя, узнать, кто я такая, с Хардином и без него.
– Равными? Сильнее? Ты здесь явно сильнее. Так что давай, вперед.
– Это не только для меня… тебе это тоже пойдет на пользу. Ты ведь знаешь.
– Может, и так, но о чем говорить, если мы можем только быть порознь из-за того, что живем в разных городах? – спрашивает он… выразив в словах то, о чем я непрестанно думала с того момента, как он приехал.
– Что ж, разберемся с этим позже.
– Конечно. – Он упрямо ухмыляется, но, смягчившись, целует меня в лоб.
– Помнишь, как ты говорил, что есть разница между тем, чтобы любить кого-то, и тем, чтобы не представлять без него своей жизни?
– Я не хочу даже слышать эту фразу больше, честно.
Я убираю со лба его влажные волосы.
– Ты сам это сказал, – напоминаю я. Кончиками пальцев я провожу вокруг его носа, по контуру пухлых губ. – С тех пор я очень много об этом думала.
– Почему? – Хардин стонет от досады."
"– Потому что у тебя были причины так сказать, разве нет?
– Со злости, вот и все.
– Ну, в любом случае я продолжаю об этом думать. – Я нежно щелкаю его по кончику носа.
– Ну а я хочу, чтобы ты перестала, потому что никакой разницы нет, – задумчиво замечает он.
– Как так?
Он слегка улыбается:
– Я не могу без тебя жить, и я люблю тебя; эти вещи идут рука об руку. Если бы я мог жить без тебя, то я бы не любил тебя так сильно, как люблю.