Я поднимаю пустой стакан в руке.
– Еще.
Получаю очередной напиток, отвожу глаза и шепчу про себя: «Осел!»
– Это моя дочь, Шеннон, – сообщает Нэнси.
Шеннон оглядывает меня с головы до ног, и глаза ее напоминают пауков. Эта девчонка чересчур накрашена.
– Шеннон, это Хардин, – говорит Ричард, но я даже не пытаюсь с ней поздороваться.
Несколько месяцев назад я бы, наверное, обратил какое-то внимание на эту девчонку. Может, даже склонил бы к минету в грязном барном туалете, но сейчас я просто хочу, чтобы она оставила меня в покое и перестала сверлить глазами.
– Не думаю, что ты сможешь опустить ее, не снимая, – мрачно замечаю я, глядя, как она одергивает футболку в попытке скрыть голую талию.
– Чего? – фыркает она, упираясь руками в узкие бедра.
– Ты меня слышала.
– Ладно, ладно. Успокойтесь уже, – говорит Ричард, разводя руками между нами.
После этого Нэнси и ее распутная дочь уходят и садятся за столик.
– Пожалуйста, ты можешь пойти к ним, – предлагаю я ему, но он только мотает головой.
– Ты мерзкий сукин сын, – произносит Ричард, но прежде, чем я успеваю вымолвить хоть слово, добавляет: – Мне как раз такие и нравятся.
Еще три стакана спустя я еле удерживаюсь на барном стуле. У Ричарда, который, видимо, пьет как дышит, буквально те же проблемы, он склоняется ко мне слишком близко.
– Значит, когда я на следующий день вышел, мне нужно было две мили тащиться пешком! Конечно, начался дождь…"
"Он продолжает рассказ о своем последнем аресте. Я пью, делая вид, что он разговаривает не со мной.
– Если ты хочешь, чтобы я молчал, объясни хотя бы, зачем сказал Тессе, что тебя отчислили, – наконец говорит он.
Я догадывался, что он дождется, пока я окончательно напьюсь, чтобы снова об этом заговорить.
– Будет проще, если она будет так думать, – признаюсь я.
– В смысле?
– Я хочу, чтобы она поехала со мной в Англию, а она не в восторге от этой идеи.
– Не понимаю. – Он трет пальцами переносицу.
– Твоя дочь хочет от меня уйти, и я не могу позволить этому случиться.
– И ты сказал ей, что тебя отчислили, чтобы она поехала с тобой в Англию?
– Типа того.
Он смотрит то на свой стакан, то на меня.
– Это очень тупо.
– Я знаю. – Это действительно звучит чертовски глупо, когда я объясняю это вслух, но в моем воспаленном воображении почему-то имеет смысл.
– Да кто ты такой, чтобы вообще давать мне советы? – спрашиваю я в конце концов.
– Никто. Хочу только заметить, что ты кончишь так же, как и я, если будешь продолжать в том же духе.