– Пойдем наверх, это не займет много времени, – обещаю я ему.
Изо всех сил стараюсь сохранять спокойствие, поддерживать его, и пока что мне это удается.
Он соглашается и идет следом за мной по лестнице в комнату. Я спешно раскидываю наши вещи, не тратя время на то, чтобы аккуратно их складывать. Я подпрыгиваю и вскрикиваю от неожиданности, когда Хардин ударяет по шкафу, от которого отваливается кусок и с грохотом падает на пол. Он наклоняется и выдвигает один из ящиков. Швыряет его в сторону и берет следующий.
После того как он швыряет в стену последний ящик, я обнимаю его за талию.
– Пойдем в ванную.
Мы проходим по коридору, и я закрываю за нами дверь. Хватаю полотенце, включаю воду и велю ему сесть на унитаз. То, что он молчит, успокаивает, и я не хочу давить на него.
Он ничего не говорит и даже не дергается, когда я подношу теплое полотенце к его щеке, чтобы вытереть кровь рядом с носом, на губах и подбородке.
– Нос не сломан, – заключаю я после беглого осмотра.
Разбитая нижняя губа уже распухла, но, по крайней мере, перестала кровоточить. Я все еще не в себе от вида ужасной сцены, когда двое разгневанных мужчин избивают друг друга.
Хардин молчит.
Смыв большую часть крови, споласкиваю испачканное полотенце и оставляю его в раковине.
– Пойду за сумками. Оставайся тут, – прошу я, надеясь, что он меня послушает."
"Спешу в комнату, чтобы схватить наши сумки и застегнуть чемодан.
Хардин молчит, а я натягиваю на него чистую футболку и носки. Надеваю толстовку и джинсы, не заботясь о внешнем виде, и еще раз мою руки, стараясь вычистить кровь из-под ногтей.
Молча идем к лестнице. Здесь Хардин берет у меня обе сумки. Он закидывает их на плечо и морщится от боли, а я с ужасом представляю себе, какой синяк появится у него под футболкой.
Когда мы выходим из дома, до меня доносятся всхлипывания Триш и успокаивающий голос Кристиана. Дойдя до взятой напрокат машины, Хардин оборачивается и смотрит на дом, и я вижу, как содрогаются его плечи.
– Я могу сесть за руль. – Я достаю ключи, но он тут же выхватывает их у меня.
– Нет, я поведу, – наконец произносит он.
Я не спорю.