За дальним столиком у окна сидел мужчина — седой, высокий, с лицом, будто вытесанным топором. Щеки чуть ввалились, скулы выпирали, в глазах некоторое презрение. Волосы коротко острижены, как у бывшего спецназовца. Ну или братка, только без маскарада: ни цепей, ни перстней. Но по осанке, по движению плеч сразу было ясно — это не банкир. Не клерк. Да и не ресторатор. Сидел, будто на задании, ни одной лишней эмоции, только стальной взгляд.
На нём дорогой тёмно-серый костюм в мелкую клетку, подогнанный по фигуре так, словно это китель.
— Эй, любезный! — голос у него был низкий, глухой. Махнул рукой, позвал официанта.
Парень лет двадцати быстро подошел и вежливо наклонился пингвинчиком:
— Да, слушаю вас.
— Это что ты мне принёс? — ткнул он в блюдо на столе.
— Ризотто… с белыми грибами. По рецепту шефа.
— Ты мне кашу принёс. А не ризотто. Я ел ризотто в Палермо. На набережной. Вот там у повара руки не из жопы.
Официант замялся:
— Простите… наш шеф-повар сам из Италии…
— Да хоть из Ватикана, — мужчина не повысил голос, но его интонация буквально резала воздух. — Я сейчас эту кашу тебе за шиворот высыплю. Понял?
Парень попытался отступить:
— Я позову администратора…
— Стоять, — посетитель встал.
Спокойно. Не спеша. Рост — под метр девяносто. Движения неторопливые и плавные, как у хищника.
Он протянул руку и взял официанта за шею. Без крика.
— Помогите… — выдохнул официант, едва хватая воздух.
Мужчина наклонился к нему. Медленно. Достал со стола сервировочный нож — тупой, с зазубринками, блестящий. Прислонил к скуле парня.
— Сейчас глаз вырежу. И съем. Вместо каши. Запомни, паря… Не надо расстраивать Дирижёра.
Заметив эту сцену, подбежал охранник — лысый детина в костюме, с гарнитурой за ухом. Попытался схватить мужчину за руку.
Дирижёр перехватил его запястье, выкрутил кисть и, не напрягаясь, поставил бугая на колено. Тот выдохнул сквозь зубы, лицо перекосилось от боли.
— Спокойно… спокойно… — забормотал охранник, но тот его не слушал.
Докрутил руку и уложил его на пол. В зале как-то сама собой повисла тишина.
— Вызовите полицию! — раздался чей-то голос.
— Что происходит? — вскочила с места пожилая женщина с завитками коротких тонированных волос.