Просто нутром чувствует, что они влюбятся друг в друга без памяти, но со знакомством придется подождать, пока не устроится дело с сестрой Уильяма. Все это привело к тому, что его начали приглашать на званые приемы в высшие слои общества — как раз с тех пор, как сэр Генри и Элизабет Мэлкорт объявили о своей помолвке и сказали, что именно Девин помог им обрести друг друга.
Светское общество считает его любопытной диковиной, поэтому и желает видеть на своих званых вечерах. Ему в общем-то все равно почему, пока это помогает процветать всем его начинаниям.
Она в самом деле искрилась и сверкала, и это не имело ничего общего с ее дорогими драгоценностями. Живая. Искрометная. Улыбаясь и смеясь, она словно освещала зал. И такая красивая! Хотелось бы знать, о чем она рассказывает, — молодые обожатели так восхищенно внимают ей.
— Полагаю, вам не стоит так смотреть на мою сестру, пока я не выясню ваших намерений.
Девин резко обернулся. Будучи ростом шесть футов и несколько дюймов, он привык возвышаться над остальными, но только не над тем, кто с ним заговорил. Белокурый, голубоглазый, ростом с Девина, он смотрел туда же, куда и Девин. Совсем не обязательно на ту же самую молодую женщину, но скорее всего именно на нее.
— У меня нет вовсе никаких намерений, — ответил Девин. — Просто удивляюсь, как ей удается выглядеть так, словно она прекрасно проводит время, хотя на самом деле ей скучно до слез.
Мужчина слегка нахмурился, все еще внимательно глядя на сестру, и произнес:
— Черт побери, а я этого не заметил.
Девин пожал плечами:
— Профессиональная привычка.
В голосе собеседника все еще слышалась враждебность. Но почему? Брат так сильно оберегает свою сестру, что ему не нравится даже то, что Девин «удивляется» чему-то в ней? Может быть, он считает, что Девин недостаточно хорош для его сестры? Девин и сам знал, что так оно и есть, но никому тут не известно, что он первый готов с этим согласиться.