Когда она попросила меня забрать тебя, то рассказала о твоих ошибочных предположениях и пообещала, что когда ты подрастешь, она все объяснит тебе про твоего настоящего отца. Не знаю, любила ли она Вулзли, но уверен, что отца твоего она очень любила. Но так и не рассказала мне, кто он. Боялась, что я попытаюсь его убить. Скорее всего я бы так и поступил. Но он, знаешь ли, оплатил твое обучение. Я бы и сам мог и чуть не выбросил анонимное послание, в котором говорилось, что твое обучение уже полностью оплачено, и указывалось название школы, где тебя ждали.
— И почему не выбросил?
— Потому что не хотел поступать назло только из-за того, что ненавидел его. А твоя тетя убедила меня, что для тебя так будет лучше всего. То, чему ты там научишься, друзья, которых заведешь, откроют тебе путь в высшие слои общества. И, говоря совсем честно, я считал, что он должен тебе хотя бы это, раз уж не пожелал стать частью твоей жизни.
Девин все равно не поверил в то, что Лоренс Вулзли ему не отец. Мать лгала ему, почему бы ей не солгать и брату тоже? И все только ради того, чтобы уберечь ублюдка, которого она так любила, что бросила ради него семью — всю свою семью.
Следующие пять лет Девин был так занят, сутками напролет управляя большим имением Дональда, что ему не хватало времени для обдумывания нерешенных вопросов. Дональд не просто передал ему управление, они с Лидией навсегда покинули Ланкашир! Им хотелось попутешествовать, пока они окончательно не состарились, и три года они занимались только этим.
Тетя и дядя жили в Лондоне вот уже четыре года (Девин провел там всего два) и были счастливы, в особенности теперь, когда Девин практически тоже жил с ними.
Дядин городской дом располагался очень удобно, на западном конце Джермин-стрит, недалеко от Сент-Джеймс-сквер и сразу к югу от Пиккадилли, соединявшейся с Бонд-стрит, поэтому ежедневные поездки на ферму и с фермы не отнимали много времени.
Он оставил коня в конюшне на углу, не обращаясь за помощью к слугам Дональда.