Ей захотелось почувствовать себя взятой, растянутой вокруг крепкого ствола. Чтобы он входил глубоко, лаская пальцами и губами ее лицо.
Она скользнула пальцами по его спине, впиваясь ногтями. Жарко отвечала на поцелуй. Тим одобряюще застонал, потянулся к ее футболке. Окончательно раздел девушку, снял с себя спортивные шорты и белье. Раздвинул стройные ножки, вошел плавно, но сразу глубоко. Лиза заскулила.
Звук влажных шлепкой смешался с их стонами и тяжелым дыханием. Они двигались в едином рваном ритме, соприкасались губами, переплетали подрагивающие пальцы.
— Как ты? — спросил Тим, когда они немного пришли в себя и лежали, обнявшись.
— Не знаю, — призналась Лиза, — в голове такая путаница. Папа… Вчера, когда я вернулась домой и увидела его, согнувшегося пополам на кухне… Рассыпанные таблетки как в плохом кино… Я поняла, что все мои усилия напрасны. Я так старалась предотвратить это, переступала через себя.
— Он уже неадекватен, — тихо произнес Тим.
— Да, наверное, — согласилась девушка, — я не понимала этого до конца. До вчерашнего дня… И еще Алина…
— А она что? — мужчина крепче обнял ее.
— Уже скоро ей рожать. Чувствует она себя прекрасно, даже до недавнего времени садилась за руль. Но ведет она себя странно. Вчера она была такой отстраненной, даже не позвонила медикам.
Тим напряженно выдохнул и взял в ладони ее личико.
— Давай ты не будешь пока ниоткуда ждать плохого? — предложил он. — Отдохни немного, здесь ты под защитой.
От его слов в животе Лизы что-то защекотало. Но с этим приятным чувством пришла и тревога."
"— Тим… — она произнесла его имя медленно. — Нас связывает лишь договор, но… Разве ты не уважаешь меня, хоть каплю? То, что случилось с папой, перебило ссору с Олегом.
— Птичка…
Тимур встал, надел белье и отошел к окну.
— Я уважаю тебя, наверное, больше, чем любую женщину. Ну не считая матери… Если бы мне полгода назад рассказали про такую, как ты, я бы не поверил. При твоей красоте и уме быть такой ранимой и доброй… Прости за сцену с твоим товарищем.