Когда человек тебе дорог и близок к сердцу, то можно и в крохотной квартирке во дворе-колодце быть счастливыми. А можно иметь по сорок комнат на каждом этаже и душой быть друг от друга на самом деле гораздо дальше, чем позволяют размеры этого дома.
— Я хотела бы оказаться с тобой в той крохотной квартирке во дворе-колодце, — тихо произнесла Настя. — И не надо мне ни дворцов с сотней комнат, ни усадеб с гектарами парков.
— Я тоже, — ответил я. Посмотреть ей сейчас в глаза не было возможности, на загородной трассе движение уже было достаточно интенсивным.
"Остаток пути до Ораниенбаумской колонии-поселения мы ехали молча. Нет, мы не поругались, повода для этого не было никакого. Просто каждый в своих мыслях. Я, например ехал и думал, готов ли я к более серьёзным отношениям? Конечно готов, но пока не совсем уверен, что их пора начинать. Парадоксально звучит? А может в свои неполные пятьдесят, находясь в теле молодого лекаря, я стал более осторожным? А если всё-таки всплывёт что-то, что сделает совместную жизнь невыносимой? Просто уже не хочется делать ошибок и прирастать к человеку намертво, чтобы потом оказалось, что надо выдирать с мясом и истекать кровью горечи потерь.
Просто пожить вместе какое-то время, как принято в нашем мире среди людей, побывавших в браке? В этом мире такой финт не прокатывает, я уже говорил об этом. Я даже предлагать такое не буду, Настя — девушка порядочная и из приличной семьи, правильных устоев.
— Ну что, не решилась идти со мной к Андрею? — спросил я, припарковав микроавтобус недалеко от центральных ворот колонии.
— Нет, — твёрдо ответила Настя и покачала головой. — Иди без меня, подожду здесь.
— Может лучше отвезти тебя тогда в Петергоф? Там меня в кафе можешь подождать, чем просто сидеть в машине.
— Не надо, — улыбнулась Настя и покачала головой, потом расстегнула сумку и достала толстую наполовину исписанную тетрадь. — Я подготовилась к ожиданию и взяла с собой тетрадь с расчётами, так что скучать не буду.
— На полдня меня туда не пустят, даже учитывая помощь, которую я оказал начальнику колонии и нескольким офицерам, так что сильно долго не задержусь. Привет передать?
— Не надо, — нахмурилась Настя.
— Ладно, не передам, себе оставлю, — хмыкнул я. — Двигатель глушить не буду, чтобы ты не замёрзла.
Я вышел из машины и направился к КПП.