Их укрыл покров тьмы, и, унося ее, дракон невидимой тенью первым ушел через арку пролива.
***
Как только они исчезли из вида, Сайлас мысленно досчитал до десяти, а потом открыл футляр. Отвинтил крышку флакона и точным броском отправил это все к борту корабля. Футляр отскочил, содержимое флакона стало медленно выливаться, разъедая магическую защиту и распространяясь ядом в воздухе.
Как только магия сработала, василиск швырнул факел в воду подальше от берега и исчез из грота. А через несколько секунд наверху тоже стало все спокойно.
***
Стемнело, наступила ночь.
Император Максимилиан прохаживался в своем кабинете из угла в угол. Потом отошел к выходу на террасу и застыл, вглядываясь в небо, на котором давно уже зажглись звезды. А после вернулся к столу.
Сидел, опираясь на скрещенные руки. В какой-то момент заныла старая рана на груди. Стареющий дракон поморщился и механическим жестом потер прикрытую повязкой незаживающую язву. Когда он нервничал, боль обострялась, а снадобья если и помогали, то только ненадолго.
А водяные часы отсчитывали капли, время текло.
Мужчина откинулся в кресле, потом резким нетерпеливым движением нажал искусно скрытый в резьбе его рабочего стола механизм. Ровно через десять капель в его кабинет вошел тайный агент. Император оглядел его тяжелым взглядом и спросил:
- Есть новости?
Неприметный тип в капюшоне покачал головой. Император отослал его жестом. Оставшись один, нахмурился и постучал пальцами по столу.
С начала операции прошло уже больше трех часов. Давно «съедены» все временные лимиты и рамки, а он ощущал только одно - как будто ситуация застыла в стазисе. И в этом чудился ему какой-то подвох. Император потихоньку изнывал от досады и злости, но пока не придет результат, выводы делать было рано.
Он уже собирался снова отправить агента в храм, и тут...
Наконец-то!
Сработала его кровь. Император получил сигнал, которого ждал так долго.
Но не сразу. Прежде следовало немного выждать, чтобы все выглядело естественно.
***
Огромный невидимый дракон летел над морем, унося с собой девушку. Укутанная тьмой, она ощущалась невесомой на его спине, и все же он остро чувствовал ее. Каждый вздох, каждое движение, эмоции. Удивление, смятение, восторг.