Ему испортили обед, и теперь генерал готов был сполна отыграться на бактрийских интриганах, чтобы неповадно было. И нет, он не собирался прочесывать отрядами весь Балх и его окрестности. Он поступил проще.
- Окружить их главный храм, - приказал он, а сам посмотрел на небо.
До полудня - времени, которое он наметил себе для отбытия, - оставалось чуть больше часа. Предстояли еще вязкие переговоры с клириками, это его не смущало, он собирался успеть в любом случае.
Но прежде чем отправиться в храм, генерал решил заглянуть в свою палатку.
- Леди, - начал, приподняв полог.
Девушка тут же уставилась на него, а генерал не без удовольствия отметил, что она все-таки переоделась и теперь ела. Ему понравилось, как она естественно смотрелась, сидя на его походной кровати, однако вида он не подал. Сказал небрежно:
- Меня не будет некоторое время.
- Что-то случилось? - спросила девушка.
- Ничего серьезного, - объяснять было долго, да он и не собирался.
Выражение недовольства возникло на лице маленькой блондинки.
- Это не задержит нас, - обронил генерал, собираясь уйти. - Если вам что-то понадобится...
- Не стоит недооценивать бактрийцев, - неожиданно проговорила она, глядя прямо ему в глаза. - Возможно, мы застрянем здесь надолго.
А вот это уже задело эмиссара. Мужчина мрачно усмехнулся про себя, а вслух проговорил:
- Леди, я никогда не меняю своих решений.
***
Спустя несколько минут эмиссар уже был в седле и направлялся к большому храмовому комплексу. О маленькой блондинке он не думал, просто так получалось, что она теперь постоянно напоминала о себе. Как место, которое зудит, но нет возможности его почесать.
Ехать было недалеко, главный храм тоже располагался за городом. Он мог бы добраться туда гораздо быстрее, но специально выдержал паузу.
К тому моменту, когда он прибыл на место, храмовый комплекс был уже окружен его людьми. Генерал спешился и направился к широким ступеням храма. И да, он не ошибся: стоило только ему ступить на первую ступеньку лестницы, двери храма открылись. На крыльце появилось с десяток клириков в митрах и длинных белых одеяниях. Строгие позы, лица, несущие печать тайного знания и чувства собственной значимости.