И выпускал вместо себя только в моменты особой опасности и в случаях, когда нужно было обозначить свое присутствие и показаться перед народом издали. Это развязывало руки. Народ видел своего правителя, а тот в это время мог находиться в другом месте и нанести удар там, где его не ждут.
Разумеется, правитель понимал, что двойник делает его уязвимым. Ведь люди коварны. Если в какой-то момент кому-то достаточно ловкому вздумается поменять их местами, и тогда двойник займет его место, а он может попросту исчезнуть.
О существовании двойника было известно только узкому кругу доверенных лиц. А тот, кто мог случайно проникнуть в эту тайну, долго не жил. Но и этого было мало. Ему нужны были гарантии.
Еще в самом начале своего пути к трону Фарьяб сумел привлечь на свою сторону клириков, увидевших, что с помощью амбициозного правителя они могут поднять престиж храма и распространить свое влияние далеко за пределы Бактрии.
Именно там, в тайных помещениях храма и содержался двойник Фарьяба, потому что держать его рядом с собой во дворце с появлением в Бактрии черного генерала стало слишком опасно. Там же в храме был проведен обмен кровью, теперь двойник стал еще больше походить на своего хозяина. А чтобы он случайно не выболтал чего-то, на него была наложена клятва-молчанка.
Сейчас двойник ему снова пригодился.
Когда прямо там, в тронном зале дворца, эмиссар сместил его с должности правителя, Фарьяб не стал медлить. К чему было дожидаться, когда наместник, назначенный эмиссаром, начнет копаться в его делах? Он сыграл на опережение. Да, было рискованно, но план удался. Фарьяб действительно укрылся в храме, но выдали солдатам эмиссара двойника, а не его.
А дальше нужно было действовать, и очень быстро. Конечно, крайне неприятно было, что он упустил дочь Клейтаса. Если правильно разыграть эту карту, можно было бы пересмотреть право наследования. Неспроста эмиссар так ухватился за девчонку.
Но ведь она действительно опасная колдунья. И в этом был шанс.
Очень важно было успеть донести эту информацию до императора первым.