Остальные же были попросту лишены управления и зависали на месте, не понимая, куда им лететь и что делать. Их искусственный интеллект был не в состоянии самостоятельно выбрать себе цель. Но одновременно с этим большие квадрокоптеры, видимо, сумели «прочитать» их программу управления и взять ее на себя. Хотя, скорее всего, это делали инженеры-операторы Василия Васильевича со своими ноутбуками. Именно они, думалось мне, брали на себя команду над дронами противника. Все как один дроны «бармалеев» сделали круг, развернулись и полетели в обратную сторону, быстро удаляясь, и я вскоре, даже с помощью бинокля, мог рассмотреть только отдельные точки.
– А вспышки… Это дроны таранят своих собратьев. Но то ли еще будет сейчас! Смотрим концерт до конца.
Над нами пролетели квадрокоптеры из автобуса.
– Не переживай… – успокоил меня подполковник.
– Знаю… – с тяжелой одышкой констатировал внезапно оказавшийся у меня за спиной Василий Васильевич. Он только-только взобрался по склону и, ни слова не говоря, взял из рук Ягужинского его бинокль. – А ты что подумал, майор?
– Он ничего не подумал, товарищ генерал-лейтенант, – ответил за меня Ягужинский.
– Да, – согласился Василий Васильевич, – удивляться есть чему. Я сам, признаюсь, не ожидал подобного успеха.
Так, получается, это он – тот самый генерал, которому звонил подполковник. И даже не просто генерал, а генерал-лейтенант. Впрочем, я давно уже знал, что многими российскими военными разработками руководят гражданские люди, носящие высокие воинские звания.