Прерывистый шепот

О, ради всего святого, какой же он невыносимо упрямый. Я кладу свою руку поверх его руки, а другую прижимаю к его груди. Медленно кончиком пальца я вычерчиваю буквы на его груди.

П-О-Ж-А-Л-У-Й-С-Т-А

Он следит за моим пальцем, затем встречается с моим взглядом, и на его лице появляется выражение… Я не могу точно определить, что оно выражает, но оно кажется таким уязвимым.

– Хорошо, – говорит он и, обхватив меня за талию, поднимает и усаживает на столешницу."

"Несколько мгновений он просто стоит – его руки вцепились в край столешницы по обе стороны от меня, тело наклонено вперед, а губы сжаты в четкую линию.

Наши лица так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже, в то время как его насыщенно-голубой глаз пристально наблюдает за мной.

– Это очень неприятное зрелище, Бьянка, – произносит Михаил ровным голосом, его лицо остается непроницаемым. – Если не сможешь этого стерпеть, просто скажи.

У меня нет проблем при виде крови. Он и так уже это знает. Я чего-то не понимаю. Михаил поворачивается ко мне спиной и начинает расстегивать рубашку.

У меня в животе возникает чувство ужаса. Я помню его руку с того раза, когда видела ее. Он всегда носит одежду с длинными рукавами, а в тот вечер, когда я положила руки ему на спину, я почувствовала на его коже рубцы, хотя было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Его нерешительность связана вовсе не с раной. Он не хочет, чтобы я видела его спину.

Михаил заканчивает расстегивать рубашку, снимает и бросает ее на пол. Я смотрю на его спину, и на глаза наворачиваются слезы, и никакое самообладание не может их сдержать.

Длинные, слегка выпуклые, но побледневшие с возрастом отметины пересекают его торс. Старые раны. Их так… так много. Есть несколько участков нетронутой кожи, но в остальном вся его спина исполосована шрамами.

На секунду я закрываю глаза и смахиваю рукой слезы. Когда я снова смотрю на него, Михаил все еще стоит в той же позе, спиной ко мне, глядя прямо перед собой и давая мне возможность собраться с духом.

Я делаю глубокий вдох, достаю компресс и антисептический спрей и переключаю свое внимание на порез на его левой лопатке. Он не очень глубокий, и, скорее всего, швы накладывать не придется. Я несколько раз протираю порез стерильной марлей, смазываю его кремом с антибиотиком, а затем приклеиваю пластырь крест-накрест таким образом, чтобы зафиксировать его кожу. Закончив, я накладываю на рану слой марли и закрепляю ее несколькими кусочками медицинского скотча.