Принцесса морей

Следует признать, что название как нельзя лучше подошло напоминающему очертаниями черепаху острову, который не мог похвастаться ни размерами, ни, казалось бы, особо выгодным географическим положением. Правда, природа оказалась необыкновенно щедра к Тортуге, сотворив из нее самый настоящий райский уголок, где росли пальмы, фиговые и банановые деревья, резвились попугаи и прыгали маленькие шустрые обезьянки. Северный берег Тортуги, скалистый и неприступный, глядел в открытое море, а на юге лишь пролив шириной приблизительно в девять километров отделял остров от Большой Земли – от Санто-Доминго.

Но если Большую Землю почти сразу же начали активно осваивать испанцы, то до маленького и никому не нужного соседнего островка у них просто не дотянулись руки, чем незамедлительно воспользовались курсировавшие в здешних водах французские флибустьеры. Очень скоро бесхозный и беспризорный остров Черепахи стал их излюбленным гнездом, где они останавливались отдохнуть после набегов и заодно купить впрок мясо и дичь у местных охотников – в большинстве своем переселившихся сюда европейцев, которые из-за бедности или из-за неприятностей с законом были в свое время вынуждены навсегда оставить родные края.

Само собою, присутствие под боком такой мощной базы морских разбойников не встретило у хозяев Санто-Доминго должного сочувствия, и в 1638 году испанцы, приплыв к Черепахе, высадили на нее довольно приличный десант. Солдаты, улучив момент, перебили всех пиратов и охотников, которых только сумели отыскать, сожгли их дома и уничтожили все запасы, после чего на острове был оставлен гарнизон, которому поручили приглядывать за порядком.

Очевидно, гарнизон не смог справиться с поставленной перед ним задачей, потому что в начале 1639 года горстка англичан под командованием некоего капитана Виллиса захватила Тортугу и выставила с нее испанцев. Прослышав об их поражении, на остров вернулись уцелевшие французские флибустьеры, но прием, оказанный им Виллисом, никак нельзя было назвать радушным.

– Меня зовут капитан Виллис, – заявил он.

 – А этот остров – моя собственность, потому что занял его я. Уяснили?

Поскольку перевес был отнюдь не на стороне французов, им не оставалось ничего иного, как согласиться с доводами англичанина. Впрочем, Виллис позволил французам остаться на острове, однако обращался с ними до крайности невежливо, а тех, кто смел ему перечить, раздевал до нитки и выкидывал на северный берег Санто-Доминго, где флибустьеров вообще не жаловали.