— Вечер добрый, — сухо отозвался Филипп. — Че не спится?
Черт, я даже на время не посмотрела. Но этот вопрос не требовал отлагательств.
— Мне нужна твоя помощь.
АРТУР
К вечеру пацаны привели кабинеты в порядок. По крайней мере под ботинками уже не хрустел разбросанный хлам и пространство не портил вид мертвой оргтехники.
Подлые гости не стеснялись. Налетели среди бела дня, погладили битами моих дежурных и разворошили все, что на глаза попалось. В документы не совались, только вид создали, а значит, преследовали иную цель.
Я решил обогнуть систему. Набрал Михеева по прямому номеру, прикинулся, что не заметил разъебаной конторы и назначил встречу. Сухой, хрустящий как тонкий лед голос, не стал озвучивать нейтральную территорию, а пригласил меня прямо в главный офис. Таким смелым шагом папаша хотел показать мне свое преимущество по всем фронтам.
Час назначил поздний, когда в периметре не останется никого кроме заряженной по самое не балуй охраны. Меня, конечно же, оставили без единой нычки, и только после пропустили в большой кабинет большого начальника. Ленивой походкой, преодолев расстояние, я с громким скрипом вытянул стул из-за стола и уселся напротив Михеева, что откинулся в дорогом кресле, внимательно наблюдая за мной.
— Ты же понимаешь, что один неверный шаг и живым ты отсюда не выйдешь, — кинул он вместо приветствия, а я не смог сдержать улыбчивый оскал.
Неужто боишься, хитрый колобок?
— Так чего ж сразу не грохнул меня, папа? — поинтересовался я, не теряя возможности поддеть его.
Михеев вперил в меня взгляд исподлобья, подался вперед и переплел пальцы в замок.
— Это было бы слишком просто, — с кровожадной ухмылкой признался он. — Так что знай, солдатик, это только начало. Если конечно ты не передумал бодаться с тем, кто тебе не по силам.
— Бодаться без повода не в моих правилах, — спокойно заметил, пожав плечами. — Но раз уж ты настаиваешь.
— Ты точно контуженный на всю голову. Или грамотно прикидываешься дураком! — гавкнул папаша. — Немудрено, что тебя со службы погнали.
— Понравилась моя биография? — заметил я, скрипнув зубами. — Могу тебе больше рассказать, доставай коньяк — история долгая будет.
Смотри, как клещом вцепился в мое славное прошлое.