Яр поворачивается корпусом ко мне и, растянув губы, очень манерно повторяет за мной:
- Дай угадаю. Ты зубрила стих вчера всю ночь. Положила учебник под подушку на всякий случай. Потом с утра освежила стих в памяти. Бормотала его по дороге в школу. И в перерывах между уроками умудрялась повторять.
Чего… Он, что, следит за мной?
Пожалуй, мне стоит закрывать шторы, как только за окном начинает темнеть.
- Мне хватило получаса, чтобы выучить, - привираю я.
- Я чертовски рад за тебя, соседка, - хмыкает он и засовывает наушник обратно в ухо.
Его ладони сильно сжимают корпус телефона от раздражения. Содранные костяшки напрягаются. Ещё вчера его кулаки не имели увечий, как и лицо, которое сегодня помято с левой стороны. Очевидно, что Мятежный вместо того, чтобы спокойно учить Блока или Пастернака, участвовал в какой-то драке. Я очень надеюсь, что это была уличная потасовка, а не семейный скандал, который разразился у них вчера дома. Соседи так громко кричали, что это невозможно было проигнорировать. Помимо мужских голосов я слышала женщину и маленькую девочку, которая ревела.
У меня были мысли спросить Яра насчет проблем в семье, но есть подозрения, что с 99% вероятностью он ответит, что это не моё дело.
- Владислава, готовы? – обращается ко мне учительница.
Встряхнув головой, я ещё раз быстро пробегаюсь глазами по стихотворению и уверенно киваю.
-Тогда прошу, - жестом приглашает к доске Елена Николаевна.
Я встаю перед классом, делаю вдох и на выдохе начинаю выразительно читать «Незнакомку» А. Блока."
"Мне нравятся стихи за лаконичность, за красоту рифмы, за легкий слог. Я люблю их за недосказанность. Иногда простые фразы хранят потаённый смысл, который ты сам лично для себя определяешь.
Но пока я тут… Исполняю перед классом шедевр отечественной поэзии. С чувством, с толком, с расстановкой.