– И как я не замечал этого раньше?
Агата ухмыльнулась:
– Все мы иногда не замечаем того, что творится у нас под самым носом!
– Так ты будешь говорить или нет? – спросил Теодор.
– Я бы с радостью, но мне нечего сказать. Вы совершаете ошибку!
Теодор понимающе кивнул, а затем крутанул ручку прибора.
Тело пленника прошило электрическим током. Разряд ударил в мокрый ковер, а через него в ноги Гордея. Он забился в конвульсиях, обезумев от дикой боли. Казалось, кровь вскипает в его жилах и он вот-вот просто взорвется.
Агата зловеще улыбнулась, наслаждаясь происходящим.
Гордей обмяк на стуле, судорожно глотая воздух. Веревки впились в тело, не давая ему упасть.
– Ну что, – деловито осведомилась Нисса, – память не прояснилась?
Гордей с ненавистью уставился на ухмыляющуюся Агату. Она, зная, что ему ничего не известно, с удовольствием наблюдала за его мучениями. Хотела отплатить за утраченные волосы? А может, надеялась, что электричество прикончит его, раз не убила пуля? Агате внезапная смерть Гордея была бы только на руку, ведь, как ни крути, он знал о предательстве ведьмы и мог погубить ее.
– Мне ничего не известно, – выдохнул он.
– Может, прибавить мощности? – предложила Агата."
"Это подтвердило подозрения Гордея. Он тяжело дышал, мышцы продолжали конвульсивно подергиваться. Более мощный разряд запросто остановит его сердце. И вряд ли он после этого воскреснет.
Нисса кивнула Теодору.
– Продолжим, – сказала она. – У нас еще полно времени.
И Гордея снова затрясло.
* * *Тимофей остановил машину у старинного особняка, на который ему указала Татьяна. Никита внимательно осмотрел дом. Сегодня калитка была приоткрыта, а перед оградой стоял небольшой фургон, значит, в здании точно кто-то находился. В одном из окон особняка горел желтый свет. Он странно моргал, становился ярче, потом пропадал, словно в доме работало какое-то мощное электрическое устройство.
Неужели они пытают Гордея?!
Друзья выбрались из машины и подошли к ограде. Татьяна толкнула калитку, та отворилась с протяжным скрипом. Все замерли. Но на скрип никто не вышел. А из особняка донесся приглушенный крик.
– Это Гордей! – ужаснулся Тимофей. – Что они с ним делают?!
– Пытают. Оттого и свет мерцает, – сказал Боец. – Так что они нас не слышали.