– Захаровна… – задумалась Настя и не нашлась, что сказать. – Так просто не объяснишь.
– А ты попробуй, – предложил Максим.
Настя вздохнула, перекатилась с него и легла рядом на спину, закинув руки за голову.
– Чтобы про Захаровну объяснить, придется про другое рассказать.
– Расскажи, – подбодрил он. – Сейчас закажем напитка травяного со штруделем твоим, мне какой-нибудь еды… Хочешь вина? – пришла ему в голову мысль.
– Нет.
– Тогда без вина. Сядем за стол, и ты расскажешь. – Вольский протянул руку, взял нежно за подбородок, повернул к себе ее голову и подбодрил: – Я стану очень внимательно слушать все, что ты скажешь.
– Так сколько все-таки времени? – ушла от ответа Настя.
Оказалось, около одиннадцати вечера. Отчего-то они сочли это обстоятельство веселым – всего-то одиннадцать, а они вон сколько успели сделать! А потом они все же заказали, наконец, этот травяной настой и закуску… и таки штрудель.
Официант привез на тележке заказ и, расставляя все на столе, вздохнул устало, честно стараясь сделать это незаметно.
– Тяжело без смены?
– Да нет, ничего, – улыбнулся официант ей совсем не дежурно, а по-человечески искренно. – Мы справляемся, и нам обещали большие премиальные за переработку. Просто на втором этаже вахтовики разгулялись. Уж вторую ночь куролесят.
– А что, вахтовики имеют такие средства, чтобы селиться в гостинице подобного класса? – удивилась Настя. – Мне казалось, они стараются поэкономней устроиться?
– Это начальство, не простые работяги.
– Сколько их?
– Семь человек.
– Ну, как говорится, бог в помощь, – посочувствовала Настя.
– Спасибо, – поблагодарил он.
И, пожелав приятного аппетита, удалился.
Максим с Настей сели за стол, перекусили немного, разлили по чашкам травяного настоя, отпили и… забыли про еду, когда Настя, отвернувшись к окну, сделала несколько глотков отвара и заговорила:
– У моей мамочки не было больного сердца, она была совершенно здорова, только работала очень много. Очень.