Можно было бы удивиться такому внутреннему спокойствию, но Левченко давно перестал удивляться, он зачерствел душой и на окружающей смотрел уже не как на людей, а как на бездушных манекенов, чьи чувства и эмоции его совершенно не беспокоили… есть цель, которую он должен достичь, есть задача, которую он должен выполнить, а значит все остальное вторично и не имеет никакого значения.
— Ну, что голова прошла? — раздался неожиданный вопрос.
— Что?! — испуганно вздрогнул Змей."
"— Голова, говорю прошла, ты же таблетки искал, — задорно улыбнулась Лена, — извини, что напугала.
— А! Ну, да! Думаю.
— Степка, ты если хочешь, можешь мне все рассказать. Вот, что тебя тревожит то и расскажи, я по себе знаю, что как поделишься с кем-то своей проблемой, так она сразу, вроде как наполовину и решиться.
— Да нет у меня никаких проблем, я просто ночью плохо спал, вот и заторможенный поэтому такой, и голова вот, никак не проходит.
— Слушай, а может у тебя голова болит из-за высокого давления? Я на последних неделях беременности очень от повышенного давления страдала и голова тоже постоянно болела, а «цитрамон» при высоком давлении как раз и нельзя в нем кофеин он еще больше давление повышает.
— Давай, — согласился Змей. Выдалась удачная возможность размельчить таблетки снотворного, пока хозяйка будет ходить за тонометром.
Левченко бросил пригоршню таблеток в кружку, а потом сверху вставил стакан и несколько раз с силой прокрутил его, тем самым измельчая таблетки в порошок.
— Подержи лялю, а то я совсем забыла, что в тонометре батарее нет, их Вовка в пульт переставил, я быстренько его найду и заменю батарейки обратно, — Лена бережно передала младенца Змей, который даже не успел воспротивиться такому напору и машинально принял протянутый сверток.
Девочка мирно спала, укутанная в легкое одеяло, при этом она тихо посапывала и причмокивала губами, видимо еще смакуя мамино молоко. Неожиданно для себя Змей улыбнулся. Он давно уже не улыбался просто так… очень давно, а тут вдруг взял и улыбнулся. Младенцу видимо в этот момент приснилось что-то хорошее, потому что она тоже улыбнулась.