Пустая карта. Уравнение измены

Карлосу показалось разумным, чтобы погостив русские гости поехали сразу в аэропорт, а не возвращались на съемную виллу. И Витольд, всегда имеющий собственное мнение, на этот раз согласился.

«В команде испанцев произошла замена. Вместо усевшегося на скамейку запасных гранда на поле выходит Бенито Энрикес», – голосом спортивного комментатора сама себе заметила Маша и усмехнулась.

– Конечно, мой дорогой, – ласково улыбнулась сыну Каэтана. – Составь нам компанию.

Маша выдохнула – не придется проводить все время в обществе противного Бенито.

Да и Витольд вовсю пользовался перемирием. Взял за руку, медленно провел большим пальцем по ладони жены. Маша аж задрожала от неожиданности… или от желания? Но руку вырывать не стала. Лучше уж Витольд, хоть и сволочь, но родной, чем ощущать на себе сальные взгляды испанского аристократика. Небось, думает, что неотразим. А сам с брюшком, небольшими залысинами и пухлыми, будто обмазанными жиром губами. В кого же он таким страшным уродился? Каэтана, несмотря на свой преклонный возраст, необыкновенно красива, настоящая Кармен, и Карлос, худой, подтянутый и с орлиным взором, смотрит на нее с придыханием и любовью. И, несмотря на такое богатство, люди общаются запросто и работают, приносят пользу обществу, чего не скажешь о Бенито. Похоже, он один наслаждается своим происхождением и считает, что весь мир ему обязан.

Маша на минуту задумалась и не заметила, как в гостиную вошла девочка чуть старше Евы. Черные локоны придерживал ободок, похожий на корону, да и сама малышка напоминала принцессу.

– Это Кристина, наша внучка, – ласково представил Карлос.

– Моя дочь, – важно добавил Бенито.

– А это Ева, наша маленькая гостья, – радушно улыбнулась Каэтана.

– Пошли играть, – на сносном английском велела Кристина и потянула Еву за руку.

– Неть, – возмутилась Ева. – Я хочу с мамой. И с папой. И с Леней, – быстро объяснила она и спряталась за Машину ногу.

– Наши дети отдают нам предпочтение, – словно извиняясь, объяснил Витольд.

– Я тебе завидую, – хохотнул Карлос.

Маша помнила, как вся компания погрузилась в открытые джипы и понеслась через виноградники в горы. Заехав на самый верх низкой пологой горы, Маша вскрикнула от восторга.

Внизу синело море, сбоку обрамленное полоской пляжа, зеленели сосны, а внизу, словно защищенные со всех сторон от ветра горами и холмами, четкими рядами, словно пехота,  шли виноградники.

– Кто же у вас винодел? – оглядев угодья друзей, добродушно поинтересовался Витольд.

– Бенито.