Энджел достала из холодильника апельсиновый сок и снова облокотилась на стол, глядя в окно. Соседка, уплетавшая крохотные канапе, улыбнулась и помахала ей рукой. Энджел улыбнулась в ответ и глотнула сок. Чёрт! Какой он ледяной! Аж зубы заболели. Эта боль напомнила о том, что она пропустила свой визит к дантисту.
Рука нащупала в кармане шорт сотовый телефон. Она обещала позвонить ему. Он почти вытряхнул из неё это обещание. Однако она до сих пор этого не сделала. Собиралась, но никак не могла найти свободную для этого минуту.
Энджел с осторожностью принимала произошедшие в их с Данте отношениях перемены. Это было ново, удивительно и опасно. Опасно, потому что утром покинуть его постель оказалось тяжело, а «доброе утро», произнесённое над ухом его басовитым голосом, действовало, как приворотное зелье. Если бы не день рождения Кэти, она бы и сейчас была там.
Мысли невольно ползли дальше этой ночи и далеко за грань просто связи для удовольствия, но она обрывала их, не позволяя себе думать больше, чем есть на самом деле.
Когда-то она глупо всё распланировала и была уверена, что ничего в жизни её не поколеблет, ведь она знала, как лучше. Ошиблась.
В открытое окно доносилась музыка, весёлые и возбуждённые голоса гостей. Присутствовали только знакомые лица, но их было достаточно много.
Мама бегала от тётушек и дядюшек к молодёжи и обратно, потом повернулась в сторону дома, но Энтони увлёк её в танец. Они были счастливы. Все были счастливы – каждый по-своему. И она тоже почувствовала себя счастливой. Да – это тёплое чувство в душе, наверное, и есть счастье. Нужно привыкать к этому ощущению и постараться брать от жизни всё. Ещё бы к нему прибавить спокойствие, но пока это недоступное для неё благо.