Казалось, каждое слово – взрыв, а каждое движение неловко и скованно. Сейчас, наверное впервые в жизни, она была за ссору, скандал, ругань. Так высказаться намного легче, но он устроил «дружеский» обед, взвешивая и оценивая каждое слово.
Она выдохнула.
- Карнеги, по сравнению с тобой, просто отдыхает. А, может быть, я именно этого хочу – любви до гроба, а просто быть рядом меня не устраивает. Ты на меня собрал целое досье, я же о тебе ничего не знаю. – Что ж, откровенность – за откровенность…
- Ты и не спрашивала.
- Вопрос, как я понимаю, снова риторический. Мне наплевать на него, и ты это знаешь."
"Всем известно: оправдываться — значит только подтвердить сказанное.
- А знаю ли? Я всегда думал, что говорить нужно о том, что волнует, а не наоборот. Извини, я не создан для того, чтобы развлекать людей пустой болтовнёй. У меня для этого слишком мало свободного времени, - и ещё меньше желания, - он снова стал резок.
Энджел не зря выбрала именно этот ресторан.
- Эта дама в синем платье сказала мне, что она твоя невеста. – Она бы хотела сказать это бесстрастно и отрешённо, но не получилось. Гневно вышло. И обличающе.
- Когда? – было заметно его удивление.
- Тогда на яхте.
- Тогда на яхте она уже не была моей невестой. Но Алисия имеет склонность выдавать желаемое за действительное, - сказал он так уверенно, что Энджел даже не попыталась поставить его слова под сомнение.