Привыкнув, что в последнее время все идет кувырком, и это, скорее, в порядке вещей, чем наоборот, Маша даже не выругалась про себя, а лениво сползла с кровати, накинула халат и пошла открывать дверь.
Алла Александрова вошла в квартиру, неся с собой энергичный запах духов и утренней свежести.
— Мама, ты чего так рано, девяти еще нет.
— Когда ж мне тебя еще дома застать? — бегло глянув на себя в большое зеркало, висящее в прихожей, она поправила короткие темные волосы и направилась на кухню. — Это что такое? — тут же воскликнула.
Маша внутренне скривилась. У матери такой звонкий голос, что хотелось попросить ее говорить потише.
— Девчонки приходили. — Тяжело уселась на стул.
— Кошмар какой. — Недовольно смотрела на пустые бутылки из-под вина и пустые коробки из-под пиццы. — Инна с Элей?
— Да.
— И вы это все втроем выпили?
— И выпили втроем, и съели. Мама, не строй из себя моралистку, лучше скажи, что случилось.
Мать вздохнула, чтобы начать интересующий ее разговор, но снова вернулась к той же теме:
— Господи, а как ты за руль сегодня сядешь?
— Успокойся, я выпила ровно два глотка, просто не выспалась.
— Проведать тебя. Хотя и вопросик у меня есть.
— Боже, доставка только после двух, я так поспать хотела. — Потерла глаза. В них как будто песка насыпали, страшно в зеркало на себя смотреть, без капель точно не обойтись.
— Маша, что с руками?
— А что с руками? — Посмотрела на свои руки с аккуратным маникюром и бесцветной эмалью на ногтях.
— У тебя даже ногти не накрашены.
— Какие ногти, я то в земле ковыряюсь, то горшки с цветами таскаю.
— Машенька, ты что! С ума сошла! Некому высаживать? Я тебе сегодня кого-нибудь пришлю.
— Не надо. Мне Миша сейчас помогает. Его достаточно. Мы уже заканчиваем.
— Вообще не понимаю, зачем тебе самой посадками заниматься.
— Потому что это гарантия, что все приживется. У нас очень дорогой посадочный материал.
— В любом случае, Маша, приведи себя в порядок. Вот. — Начала выкладывать что-то на стол из своей объемной сумки.
— Мамочка, ну откуда у тебя с утра столько энергии? Боже… — застонала дочь, не особо воодушевившись материнскими советами.
— Ты должна быть всегда на высоте. Всегда. Больная, усталая, убитая… есть у тебя настроение или нет, неважно, ты должна выглядеть на все сто. Это железное правило для любой женщины.
— Да-да, мама, я знаю. Я все помню. Я на высоте.