Я медлю в нерешительности. Мне правда очень нравилось в этой дурацкой команде по танцам.
– И я больше не попрошу тебя ни о каких услугах, – говорит она, сияя улыбкой. – Я хочу лишь одного: чтобы Рид пошел на Зимний бал со мной.
Она хочет лишь этого? Боже, как мало она просит. Шутка.
Я упираюсь руками в бедра.
– И что потом?
– В смысле?
– Что будет после бала? Ты же не думаешь, что потом он станет твоим парнем? Потому что он им не станет.
Джордан фыркает.
– Кому нужен парень, который будет сидеть в тюрьме до конца своей жизни? Я хочу стать Королевой снежинок, вот и все.
– Королевой снежинок? – непонимающе повторяю я.
– Во время Зимнего бала выбирают короля и королеву. Как на балу выпускников. – Она снова перебрасывает волосы через плечо. – Я хочу стать королевой.
Ну еще бы она не хотела.
– Я уверена, что стану ею, но если приду с Ридом, то это случится на сто процентов. Многие говорили, что будут голосовать за него, потому что им его жалко.
Детишки в Астор-Парке чертовски странные.
– Если я соглашусь, мы квиты?
– В расчете, – щебечет Джордан.
Проглотив раздражение, я рывком открываю дверь машины и прыгаю за руль.
– Ну? – Джордан нависает над кабриолетом, на ее лице застыло ожидание.
– Я подумаю, – выплевываю я каждое слово.
Потом завожу мотор и уезжаю, чтобы не слышать ее смеха.
РидКогда после тренировки я возвращаюсь домой, Элла – в моей комнате, свернулась калачиком на кровати. На ней, похоже, мои старые спортивные штаны и крошечная маечка.
– Стив знает, что ты у нас? – настороженно спрашиваю я.
Она кивает.
– Я сказала ему, что мне нужно подготовиться к тесту по химии с Истоном.
Учебник по химии лежит на кровати рядом с ней, а вот Истона нигде не видно.
Я ухмыляюсь.
– Тебе правда нужно позаниматься или это всего лишь предлог?
– Да, мне правда нужно позаниматься, – мрачно отвечает она. – Но мы оба знаем, что твой безголовый брат мне в этом не поможет.
Я подхожу к кровати и быстро целую ее.
– Давай я переоденусь и помогу тебе. В прошлом году у меня тоже была химия, и я все помню.
Я уже собираюсь нырнуть в ванную, когда Элла садится на кровать и говорит:
– Погоди. Мне нужно кое-что тебе сказать.
Мой взгляд опускается на почти ничего не скрывающую маечку.