Слушание должно было начаться пятнадцать минут назад, но судья все сидит у себя, пытаясь оттянуть неизбежное.
В предостережениях Гриера нет необходимости. После звонка Эллы в субботу вечером я нечасто улыбаюсь.
– Всем встать, дело слушает почетный судья Делакорт.
– Почетный, ну как же! – громким шепотом говорит Ист, сидящий позади меня.
Гриер смотрит прямо перед собой, но его помощница, Соня Кларк, поворачивается и сердито смотрит на моего брата.
Краем глаза я вижу, как Истон показывает, что застегивает губы на молнию.
Я по-прежнему считаю Дину змеей, но чертовски благодарен ей. Да, она шантажировала моего брата, но зато спасла жизнь Элле. Если бы она не достала из сейфа револьвер и не пришла на помощь Элле, вся эта история могла закончиться совершенно по-другому. Но благодаря Дине Элла жива, а Стив О’Халлоран окажется за решеткой по обвинению в преступлении, которое, как все думали, совершил я.
Стоит мне подумать об этом, как я хочу кого-нибудь ударить. Этот ублюдок действительно мог позволить мне гнить в тюрьме за то, чего я не делал. Знаю, Стив – отец Эллы, но я никогда не смогу простить его за все это. И, думаю, Элла – тоже.
Гриер тянет меня за пиджак, чтобы я встал. Я встаю, как приказано, и жду, когда пристав разрешит всем сесть."
"В черной мантии и сером парике судья Делакорт только выглядит почтенным, но все мы знаем, что он лишь очередная мразь, которая откупалась от преступлений, совершенных его сынком, подонком и насильником.
Делакорт занимает свое место и начинает листать документы, поданные юристами. И все это время весь зал суда стоит на ногах. Ну и говнюк!
Через десять долгих минут пристав откашливается. Он даже покраснел от смущения. Но он же невиноват, что его босс – настоящая скотина. Нам лишь остается пожалеть беднягу.
Кашель привлекает внимание Делакорта.
– Вы можете сесть. Желает ли сторона обвинения выступить с ходатайством?
С громким шорохом все садятся на свои места. Окружной прокурор остается стоять. Наверное, это непросто: признать, что они ошиблись и чуть не отправили в тюрьму невинного парня.
– Да, желает.
– И в чем дело? – Делакорт даже не пытается скрыть свое нетерпение. Ему не нравится быть здесь, хотя это его работа.