Было приятно иметь с тобой дело, Титов Максим Александрович.
Я брел по коридору, ловя воспаленным мозгом сигналы. Белые вспышки загорались перед глазами, и не давали мне идти вперед. Кровь стучала в висках, мешала думать, мешала слышать и видеть что-то дальше метра. Только этот страшный, разрывающий барабанные перепонки гул и темнота.
- Макс! - Соня выскочила из вакуума, налетела на меня, прижалась, обняла руками плечи, и повисла на мне как ребенок на большом и сильном взрослом. - Ты видел это? Видел?
- Видел что?
- Господи, ну ты чего! - Весело рассмеялась моя девочка.
- Еще бы, - я провел дрожащими пальцами по Сониной скуле и только тогда она заметила, как близко мы стоим друг к другу.
- Ой, прости.
Соня отпрянула от меня, щеки ее налились алым от стестения."
"- Макс, извини, я на тебя накинулась как гарпия, я просто… - она улыбнулась, глядя прямо на меня, - это все как раньше, когда мы работали вместе.
- С трудом.
- И правильно, если надо, мы его так… - Соня выкинула вперед руку, изображая удар рапирой.
- Сонь… - тихо позвал я, не надеясь, что она меня услышит.
Но нет, моя девочка вскинула счастливое лицо и удивленно подняла брови, в ожидании, что такого важного я ей скажу.
Ничего. Я не мог, не имел права говорить о том, что сейчас услышал.
Я не мог рассказать Соне, в какой она опасности, в какой опасности наш сын. Я должен сделать все, чтобы защитить их, но не напугать. Страх сейчас наш самый злой враг.
- Давай отпразднуем твою победу в ресторане. - По возможности спокойно произнес я.
- Как раньше?
Я медленно киваю.
- Завтра?
Качаю головой, ловя в затылке новый приступ мигрени. Завтра нельзя. Исмаилов не даст нам столько времени. По правде говоря, времени не осталось вовсе, у нас забрали все, даже секунды, которые мы могли провести вместе напоследок.
- Сегодня. Ты, я и Степа. Пожалуйста, Соня, разреши нам провести этот вечер вместе.
Что-то такое было в моем лице. В моем голосе. Соня внимательно смотрела на меня, так, словно видела впервые и наконец сдалась:
- Хорошо. Нам всем нужно привыкать к тому, что у Степы есть ты. Заедь за нами в семь, ресторан я выберу сама.
***
Я так давно не видел ее улыбки, такой искренней и светлой, что казалось прошли десятилетия. Нет, века.