Посмотри, к ней никто даже не приходит! Если бы я знала, какой она беспредел творила с мальчишкой, то я бы…
— Ты бы не узнала. Пацаны о таком не расскажут, а если и расскажут, то только своим приятелям, под соусом, как я знойную тетку нашпиговал. Хрен кто признается, что его совратила старая тётка.… Забей, ты не виновата в том, что с ним приключилось. Как быто ни было, голова у него была своя на плечах, мог бы попытаться сходить к психологу… А теперь чего уж… Как есть. Тебя отвезти?
— Да, пожалуй. И Вов, пригляди, чтобы этот гад не ускользнул от правосудия.
— Пригляжу, — обещает приятель Ивана.
Когда в дом Натальи Петровны пришли с обыском, старушка испытала шок. Кажется, на несколько мгновений она вспомнила, кто она и что сделала, потому что вид у нее был, как у преступницы, глазки забегали, дыхание участилось и.… сердце не выдержало. Она словила сердечный приступ, фатальный исход. На месте. В её доме Полянский хранил свои трофеи, которые доказали его причастность к смертям его жён и ещё двух женщин, тоже пострадавших от его рук.
Полянского привезли бесчувственным, выходили в больнице после сильной травмы головы. Теперь стоит вопрос о признании его психически больным человеком…
Прошедшие события наложили свой отпечаток, здорово потрясли меня.
До глубины души.
Развод с Иваном, неприятности в семье дочери, преступник, опасный для общества…
Слишком много всего выдалось в последний месяц.
Поэтому заслуженно, что я захотела в отпуск.
Но не на теплые песочки, а в поход по горам южного края.
Думаю, это будет лучшее лекарство и достаточно напряженное, чтобы с рутиной и испытаниями испарились последние негативные мысли.
***
— Тебя уже встречают, — заметил Вова, медленно сбавляя скорость.
Он заметил Ивана."
"Тот дожидался меня возле подъезда дома, где я теперь жила. На коленях бывшего мужа лежал пышный букет цветов.
Мужа успели спасти тогда. Я была безмерно благодарна тем людям, которые, в буквальном смысле этого слова вытащили Ивана с того света.
Сейчас Иван восстанавливается и пока находится в коляске. Рядом с коляской стоит прислоненная трость.
Значит, Иван понемногу встает и собирается передо мной щегольнуть этим умением.
— Я думал, вы не разведетесь, — помолчал Вольдемар. — Это было как-то.…
— Бесчеловечно? Ах, не стесняйся. Скажи, как есть.